Чёрный портал

Если бы хозяин дома захотел, то легко бы перерезал незваному гостю глотку. Но путь безумного самурая должен был закончиться совсем в другом месте и в другое время. Поэтому уже через пару мгновений Кэн-сама свалился на пол.

— Здравствуйте, ребята, — донеслось из тёмного угла. — Вы очень возмужали за эти годы. Но всё равно остались такими же растяпами...

Когда самураи наконец вошли в хижину, послышался злорадный смешок.

— Вот же тварь... — начал Кэн, схватившись за рукоять клинка.

— Не стоит, — коснувшись его плеча, сказал Кииоши. — Ты как всегда не особо рад гостям, старик Сэтору.

— А вы до сих пор не научились хорошим манерам. Кто ж так врывается к честным людям?

Из темноты сначала показался длинный нос с бородавкой, а потом уже морщинистое бледное лицо, в котором два друга по началу не смогли узнать того нелюдимого человека, которого впервые встретили тридцать лет назад. Но вот его глаза распахнулись — этот взгляд мутных почти выцветших глаз ни с чем нельзя было спутать. Перед ними был Сэтору, лысый тщедушный старик, который уже практически ничем не напоминал себя, отпечатавшегося в детской памяти Кииоши и Кэна. Тяжело опираясь на трость, он подошёл к ним и принялся касаться одежды гостей, слепо вглядываясь в точку перед собой.

— Ты сильно сдал за это время, — сказал Кииоши, жалея старика.

— Время не щадит никого, — философски ответил Сэтору. — С чем пожаловали, дорогие гости? Неужели на смертном одре решили навестить своего друга-старика?

— Мы пришли по делу. Мою семью убил демон, — взял быка за рога Кэн Ватабе. — И ты знаешь, как с ним бороться...

— Так-так, погодите-ка! — перебил его Сэтору, вдруг засуетившись.

Он быстро прошаркал в другой конец дома. Откуда-то в полумраке начал доставать посуду и накрывать на стол:

— Что же я за хозяин такой, который не накроет стол для дорогих гостей!

Привыкнув к полумраку, люди подивились обилию буддийской атрибутики в хижине. У стены стоял алтарь, на котором восседал пухлый Будда, грубо вырезанный из дерева. На полках вместе с кухонной утварью стояли такие же деревянные статуэтки, только размером поменьше. Всё намекало на то, что на старости лет Сэтору ударился в религию.

Тем временем, Кэн был вне себя от ярости из-за бессовестного безразличия, которым его одарил юродивый. Но зная того не понаслышке, всё-таки сумел справиться с собой и занял выжидающую позицию.

Когда на столе оказались тарелки и чашки, Сэтору вдруг принялся бесцеремонно обшаривать гостей:

— Ну где же ваши подарки и гостинцы? Неужели ничего для меня не принесли? — спрашивал он, ловко засовывая руки в их вещевые мешки. Мужчины пожали плечами, а «белая ворона» наоборот принялся что-то искать у себя в вещах.

— Обижаешь, дорогой Сэтору. Как же мы, твои старые друзья, оставим тебя без подарка? Вот, держи!

В шершавые ладони старика опустилась небольшая керамическая фигурка догу в виде широкоплечего человечка с огромными глазами, как у стрекозы. Согласно легендам, подобные фигурки когда-то в древности слепили великаны, населявшие японские острова ещё задолго до первых людей. Такие безделушки очень ценились в народе, поэтому матёрый лис Кииоши загодя купил для Сэтору эту статуэтку у одного крестьянина, который носил её прицепленной к поясу. Денег за неё он отдал не мало, потому что по словам её хозяина, это была фамильная реликвия. Но без интересного подарка Сэтору мог запросто прогнать своих «друзей» и ничем им не помочь. Поэтому в конечном итоге Кииоши, не торгуясь, отдал требуемую сумму.