Вечер баек на Новый Год [ЛП, сборник]

Джеймс брел по туманной, пустынной дороге, а его спутником была полная луна. Он с трудом передвигался из-за непрекращающейся боли от повреждений, нанесенных бильярдным кием и вывихнутой лодыжки. Кровь от изнасилования образовала корку на внутренней стороне бедер. Его правая рука безжизненно висела вдоль тела, а правая нога едва держала вес, когда он ковылял. Только бы добраться до шоссе 39, там он сможет поймать попутку до города.

Продолжая идти Джеймс вдруг почувствовал волосами на затылке, что позади него кто-то есть. Джеймс обернулся и увидел посреди дороги огромный силуэт, дыхание которого вырывалось, как у парового двигателя на полной мощности.

- Эй, поросенок, поросенок, поросенок!

Слова прорезали влажный воздух безошибочно узнаваемым высоким голосом, от которого по позвоночнику Джеймса пробежали мурашки.

Его первым побуждением было бежать, но в своем нынешнем состоянии он никого не обгонит. Он практически сполз с обочины и устремился в лес. Его единственной надеждой было укрыться и переждать, пока преследователь уйдет. Он нашел большую сосну, за которой можно было спрятаться, и присел на корточки.

- Сюда, поросенок! – голос был ближе.

Джеймс оставался неподвижным и прислушивался.

- Поросенок, поросенок!

Учащенное дыхание вырывалось из его губ. Он закрыл глаз, глядя, когда ноги великана приблизились - он знал, что его найдут. Джеймс повернулся, чтобы выбежать из-за сосны и...

- Ах ты, кусок дерьма! – слова еще звучали в его ушах, когда лопата с силой опустилась на его лицо.

Зубы, не упавшие на землю, нашли место в задней части его горла. Его легкие боролись за кислород, но выбитые зубы и кровь перекрыли доступ.

Джеймс пришел в себя и увидел проносящиеся над головой ночные звезды. Он глотнул воздух, в поисках кислорода, боль пронзила его ребра, когда он безуспешно попытался сесть.

Тряска на ухабах прекратилась, и сзади послышался скрип открывающейся и захлопывающейся металлической двери, несомненно, двери пикапа огромного деревенщины. Тяжелая задняя дверь открылась, и Джонни вытащил Джеймса из грузовика. Его голова с глухим стуком упала на землю.

Гигант тащил Джеймса за безжизненную ногу, пока грязь не превратилась в сено, и путь резко оборвался, когда Джонни водрузил Джеймса в сидячее положение, прислонив к столбу. Он попытался пошевелиться, но мышцы не реагировали. Воздух наполнился вонью домашнего скота.

- Грязный маленький ублюдок. Я знал, что ты слишком скользкий, чтобы сдохнуть. Это будет весело, - сказал Джонни, вышагивая перед Джеймсом. - Знаешь, свиньи едят все. Они едят дерьмо, грязь, гнилые овощи, да что угодно. Самое приятное, что после них ничего не остается. Они едят кости и все остальное.