Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

Оставалось, как это заведено в иных парижских ресторанах, поблагодарить хозяйку и даже шеф-повара, за которым она сходила, пообещать заглянуть еще, выпить на посошок и, наконец, расписаться в довольно засаленной книге почетных гостей.

Чуть позже они сели в такси, и капитан назвал адрес.

Оба разместились на заднем сиденье и довольно долго молча посасывали трубки. Случайно оба открыли рот в одну и ту же секунду и, повернувшись друг к другу, улыбнулись совпадению.

— Что вы хотели сказать?

— А вы?

— Наверное, то же самое.

— Я-то хотел сказать, — начал американец, — что, судя по вашему рассказу, Мак-Джилл отнюдь не желал, чтобы вы встретились с его патроном.

— Я подумал то же самое. И однако, вопреки моему ожиданию, мне показалось, что Маленький Джон жаждет получить известия о сыне не больше, чем секретарь. Улавливаете мою мысль?

— А потом тот же Мак-Джилл из кожи вон лезет — или делает вид, что лезет, — чтобы разыскать молодого человека.

— И старается показать себя в выгодном свете. Он пообещал позвонить мне завтра утром и сообщить новости.

— Он знал, что мы с вами встречаемся сегодня вечером?

— Я ему об этом не говорил.

— Само собой! Но я имею в виду не себя лично, а вообще кого-нибудь из полиции. Если обнаружится, что вы связаны с американской полицией, это будет катастрофа. И тогда…

— Что тогда?

— Ничего. Приехали.

Они вошли в большое здание, и через несколько секунд лифт доставил их в коридор, где на всех дверях были номера. О'Брайен ключом отпер одну из них, зажег свет.

— Садитесь… С почетом я приму вас в этом доме в другой раз, а то сейчас он выглядит не очень выигрышно. Вы разрешите оставить вас на несколько минут?

Несколько минут растянулись на долгие четверть часа, и Мегрэ поймал себя на том, что думает только о Маленьком Джоне. Забавно: ведь он видел его всего несколько секунд. Внезапно комиссар понял, что Мора произвел на него большое впечатление.

Мегрэ снова представил себе его — невысокого, худого, одетого с преувеличенной корректностью. Лицо ничем не примечательное. Что же тогда так поражает в нем?

Это заинтриговало Мегрэ. Он напряг память, постарался припомнить малейшие подробности поведения этого человечка, сухощавого и нервного.

И вдруг Мегрэ вспомнил его первый взгляд, когда Мора приоткрыл дверь в гостиную, не подозревая, что за ним наблюдают.