Революция 1917 года глазами современников. Том 2 (Июнь-сентябрь) [FineReader 14]

Вишняк М.В. РУССКАЯ СВОБОДА И П.Б. СТРУВЕ

Под редакцией П.Б. Струве стал с недавних пор выходить еженедельник «Русская Свобода». Как заявил редактор в своей вступительной статье, «Русская Свобода» является в политическом отношении продолжением «Освобождения» и будет отстаивать те же задачи, которые проводили в 1905-1906 гг. аналогичные еженедельники «Полярная Звезда» и «Свобода и Культура». И действительно, среди постоянных участников еженедельника мы встречаем старых знакомых - давнишних соратников П.Б. Струве и по «Полярной Звезде», и по «Вехам» - Бердяева, Франка, Изгоева. Рядом с ними изредка мелькают и новые светила, например В.В. Шульгин. Но в общем и целом, зная политическую физиономию Струве и направление журнала «Русской Мысли», бесплатным приложением к которой является «Русская

Свобода», не трудно заранее предугадать, какую линию свободы может отстаивать еженедельник П.Б. Струве.

Все очищающая стихия революция в своем победоносном вихре увлекла сердца многих маловеров и скептиков. Больше того, она покорила «под нови своя» недавних недругов и врагов. Дали себя увлечь и искренне увлеклись на время даже те, кто до того боролся с революцией и всячески стремился и за страх, и за совесть воспрепятствовать ее прорыву. Можно отметить, почти как общее правило: чем сильнее была ненависть и борьба с революцией раньше, тем быстрее и полнее было изъявление любви и преданности к революции после того, как революция вспыхнула и победила. Мартовские революционеры прияли революцию как бы всем сердцем и всей душой своей, они отдались ей безотчетно и беззаветно, как бы искупая свое прошлое силой новых чувств. И Петр Струве в № 1 «Русской Свободы» пишет: «Быстрота событий ошеломляет ум; размах событий таков, что почти невозможно их обнять»; «Мы все испытали громадный и спасительный нравственный толчок»; «Мы пережили историческое чудо»; «оно прожгло, очистило и просветило нас самих»...

Так писал Струве в первые дни светозарной революции. Но Струве перестал бы быть Струве, если бы перестал меняться вместе со временем... Струве всегда был im Werden и тогда, когда он писал манифест российской соц[иал]-демократической партии, и тогда, когда был идеологом российского марксизма, и когда издавал либеральное «Освобождение», и когда стал идеалистом, и когда перестал им быть, и когда вдохновлял «Вехи», и когда, движимый национальным «Эросом», обнаруживал свое подлинное национальное лицо, подсказывая Столыпину патриотическую идею «Великой России», а русскую интеллигенцию приглашал во имя идеи «личной годности»... сажать капусту.