Kara no kyoukai (Граница пустоты) Том 2
- Автор: Киноко Насу
- Серия: Граница Пустоты #2
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Kara no kyoukai (Граница пустоты) Том 2». Краткое содержание книги:
За секунды колонна огня исчезает, но то, что видит Альба на ее месте, заставляет его глаза расшириться.
– Невозможно, – только и может выдавить он, потому что в середине обугленной лестницы виден черный фамильяр, облизывающий себя, словно огонь ему был приятен.
На секунду их глаза встречаются, после чего фамильяр продолжает движение к Альбе. Тот даже не думает:
– Еще!
Альба повторяет заклинание, но теперь значительно слабее, без преимуществ Лорики. Синяя колонна появляется, однако сдержать фамильяра не в силах. Альба почти видит, как огонь скользит по тени и проходит насквозь, пока тварь неумолимо движется к нему.
– Еще!
Пламя снова появляется и исчезает. Кошка-фамильяр приближается к жертве.
– Еще!
На четвертый раз ничего не меняется. Кошка достигла второго этажа, она приближается к Альбе и открывается, все ее огромное тело ломается от головы до пальцев как тюльпан, теряя всякое сходство с кошкой. В том, что можно назвать внутренностью, Альба видит цепляющиеся за стены полости Тульпы, на которые он возлагал большие надежды, и он наконец осознает, что этот фамильяр – всего лишь пасть, объект, который поглощает. Просто он принял форму кошки.
– Ещ…
Глядя в лицо смерти, Альба пытается еще раз сотворить заклинание, но прежде чем он успевает это сделать, тварь хватает его пастью, полость затаскивает его за красный плащ, свисающий его с плеч. Чернота тени – это последнее, что он помнит, прежде чем погрузиться в забвение.
– Окен.
Раздается третий голос, и Лорика эхом отдается от стен холла.
После этого слова теневой фамильяр, который держал Альбу за воротник, мгновенно замирает. Токо знает достаточно о владельце голоса, чтобы встретиться с ним взглядом в тот же момент, когда она услышала его. Позади Альбы стоит человек в черном плаще, отягощенный глазами, полными вечной меланхолии и жесткости. Он стоит, не шелохнувшись, как будто наблюдал за происходящим с самого начала, и невозможно найти следов его неожиданного появления. Мужчина забирает Альбу одной рукой и бесцеремонно бросает его на пол. Кошка-фамильяр, вступившая в тройной круг, неподвижна, как камень. Когда мужчина наконец замечает Токо, она чувствует, как воздух становится холоднее, из него исчезает расслабленность, хотя и хочется верить, что это только ее воображение. Само здание, кажется, напрягается, приветствуя своего истинного хозяина.
– Аозаки. Ты так изменилась. Много лет минуло, не так ли?
– Много. Но могло бы и побольше.
Человек, известный как Арайя Сорен, спускается по почерневшим ступеням, пепел падает с потолка, находя пристанище на его плечах, а фамильяр Токо, кажется, нанизан на заклинание барьеров. Он остается на первой ступени, заставляя Токо слегка поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Альба нарушил границы дозволенного. Я хотел, чтобы этот эксперимент прошел незамеченным для тебя. Данная встреча – любопытное совпадение, но, возможно, она была неизбежна.
– Совпадение, – вздыхает Токо. – Это удобное слово мы используем, чтобы не видеть священной таинственной игры судьбы.
Она медленно отступает к стене, чтобы выиграть время. Сорен отличается от Альбы. Хотя их возможности в магии примерно равны, Арайя Сорен имеет преимущество хозяина поля здесь, в его мастерской. Она смотрит только вперед, даже отступая, ища любую уязвимость, которой она могла бы воспользоваться. Она знает, что Арайя делает то же самое.
– Так скажи мне, что это за особняк Шредингера? – задумчиво спрашивает она. – Ты ведь знаешь, и это было довольно наглядно доказано – невозможно достичь Истока, просто убив кучу людей и создав резонанс смерти, верно?
– Я знаю историю. Но я также знаю истину, которой не знаешь ты. Я был слишком ослеплен успехом, который мне обещали простые числа. С достаточным количеством людей я бы нашел душу, которая смогла бы пройти границу, и последовал за ней, возвращающейся в спираль Истока. Но я потерпел неудачу, ибо я искал число, а не способ смерти. И я изучал смерти. Как и предписывают гексаграммы Ай Чинь, я смог различить шестьдесят четыре способа смерти, каждому из которых соответствует один из жильцов. Здесь я создал микрокосм вселенной. Я становлюсь свидетелем мучений и описываю их значимость, и со временем, возможно, реальность и моя воля превратят шестьдесят четыре гексаграммы в восемь, а затем в четыре сисо, а их в пару крайностей, которые являются реги, и, наконец, в Акашу, великий исток.