Это война, братишка

Камила резко освобождает руки, обнимает меня за шею, я делаю судорожный вздох и ловлю её сладкие губы. От наслаждения сносит крышу, мы стонем, жадно рвёмся друг к другу. Она цепляется за меня как за спасительный плот, я не отстаю, впитывая всё, что дает: жар, страсть, тепло, этот сладковатый привкус мяты.

– Мелкая… – хрипло шепчу, целуя лицо, скулы, руками сжимая талию, прижимая стройное тело к возбуждённому паху. – Я, кажется, спятил, мелкая, – усмехаюсь ей в губы, и мы оба смеёмся.

Она обхватывает моё лицо руками, отстраняется и серьёзно смотрит одно мгновение – я плавлюсь под этим взглядом, – а когда она нежно целует мои губы и проводит языком, рассыпаюсь на миллиард цветных осколков.

– Моя, девочка, – шепчу в каком-то бреду.

– Макс… – стонет сестрёнка, заставляя меня дрожать. – Я хочу тебя, Макс.

Отстраняюсь и смотрю ей в глаза: жадно-жадно.

– У тебя был секс?

Камила закусывают губу, её щеки пылают. Я хочу убедиться и запускаю руку в её штаны, чувствуя горячую влагу. Улыбаюсь и убираю руку, чтобы лишний раз её не смущать.

– Какой секс? Я читаю «Скарлетт» и смотрю «Унесённые ветром», – смеётся сестрёнка.

Мне требуется усилие, чтобы взять себя в руки. Роняю голову, утыкаясь ей в шею и скатываюсь, тут же притягивая девушку к себе.

– В чём проблема? – тихо спрашивает Камила. Мы оба дышим как паровозы.

– Во-первых, тебе семнадцать, а во-вторых, – хитро говорю и целую мелкую в уголок губ. Как объяснить ей, что я не хочу спешить? – Нам нужно обсудить ситуацию, не находишь? Кажется, мы только сейчас переступили грань, и возможно, подвели родителей. Я бы хотел знать, что ты думаешь по этому поводу, прежде чем мы зайдем ещё дальше, – выдыхаю и смотрю на Камилу: она улыбается.

– Сейчас? – мелкая иронично выгибает бровь и кривит губы в усмешке.

– Нет, – целую в ответ, потому что удержаться почти невозможно. – У нас впереди прогулка и выходные, время есть, – говорю, а сам думаю, что хочу знать, что она думает по поводу нас: размышляла ли, строила ли планы. Хочу знать, всё что прячется в её умненькой головке.

– Макс, мне восемнадцать только через полтора месяца, – почти обиженно шепчет сестрёнка.

– Отлично! Успеем во всём разобраться, – прижимаю мелкую к себе и целую в макушку. Меня всё ещё потряхивает, но возбуждение медленно проходит.

– В чём? – спрашивает она, вырисовывая круги на моей груди.

– В нас…

– Поцелуй меня, – тихо просит мелкая, поднимая голову.

Дыхание снова перехватывает, я готов скулить и отмахнуться от всех своих принципов ­– так эта девочка сводит меня с ума.

– Ты хочешь этого? – тихонько дразню в ответ. Хочу знать, насколько сильно она хочет меня. Готова ли просить.

– А ты хочешь «леща»? – парирует мелкая. – Не зли меня, Градов, – шипит мелкая фурия. Я усмехаюсь. – Я этого поцелуя хочу с воскресенья, когда твоя бывшая подружка пыталась устроить скандал.

Чуть не замурлыкал от удовольствия, представляя, что не я один страдал. Да, это эгоистично, но, чёрт возьми, так приятно, когда желанная девушка тоже тебя хочет.