Кодовое имя: «Вервольф». Список [СИ]

Приятный плюс, было не так темно, как в кладовке и на лестнице. В конце коридора горело несколько лампочек малой мощности. На фосфоресцирующем циферблате моего Rolex было 1:09. Я был как раз вовремя и надеялся, что остальное пойдет не хуже. Наконец, я сделал первый шаг к тому, что могло стать началом успеха моей миссии: получить список. Осталось благополучно выбраться из Бирмы и направиться к Дюпон-Серкл. Я знал, что не смогу допустить ни малейшей передышки, пока микрофильм не окажется в руках Дэвида Хоука.

Я входил в Мандалайскую галерею, когда в зале эхом разнеслись шаги. Я быстро присел на корточки в укромном уголке и стала ждать. Стук кожаных сапог по мрамору приближался равномерно. Судя по ровной походке, охранник был совершенно спокоен. Значит, он не чуствовал ничего подозрительного.

Я видел, как он прошел, неторопливо бредя между рядами окон. Это был худощавый молодой человек лет тридцати с оливковым цветом лица. Я устроился на корточках за своим окном, менее чем в десяти футах от него, мои глаза были прикованы к кобуре, которую он носил на бедре, и особенно к торчащему из нее прикладу Кольта 38. Это была особый полицейский пистолет, механизм двойного действия которого позволял охраннику стрелять шестью пулями без перезарядки.

Я забыл спросить Аунг Ну об этом. Если дежурных в этот час ночи было немного, то они, с другой стороны, казались очень вооруженными. Город Рангун, возможно, выглядел как декорация для шпионского фильма 1930-х годов, но охранники, охранявшие музей, действительно были современниками и экипированы в соответствии с их требованиями.

Я подождал в тени, пока шаги не исчезли в другом конце зала, затем двинулся обратно, прижимаясь к стене, как мог. Теперь я мог видеть грандиозную линию монументальной мраморной арки, затем форму параллелепипеда билетной кассы, затем…

— Дерьмо! — Я тихонько выругался, укрываясь.

Белый костюм и Распутин обогнали меня на финише. Они были заняты поднятием стеклянной крышки, под которой находился набор украшений Тоу Ван. В нескольких метрах от постамента на земле лежали двое потерявших сознание охранника. Я наблюдал за «британским акцентом» и его толстым приятелем, чьи мизинцы, обмотанные белыми бинтами, выглядели как две мумии размером с сосиску, и сказал себе, что их присутствие там не так уж и невыгодно для меня.

В конце концов, подумал я, пусть они сделают всю грязную работу. Сегодня со мной Вильгельмина. Это будет отличным аргументом для начала переговоров.»

Они приехали недавно, потому что охранник, которого я видел, был с выставки Хань. Работали молча, не говоря ни слова ни по-английски, ни по-русски. Покрытие, казалось, доставляло им больше проблем, чем я ожидал. Используя арсенал небольших инструментов, они попытались отделить его от деревянной рамы, которая удерживала его на цоколе.

Я повернулся, чтобы быстро пройтись взглядом по галерее Мандалая. Она была пуста. Когда мой взгляд вернулся к двум мужчинам, которых я считал моими конкурентами из КГБ, им удалось освободить один конец стеклянной крышки.