Видящая [litres]

– Нет. Я хочу быть твоей женой. Хочу полюбить тебя. И мне кажется, не важно, буду ли я это делать до брака или уже в браке.

Он шумно вздохнул и пробормотал:

– Ты меня сейчас почти убила, Тай. Так, ладно… Давай позавтракаем, а потом поговорим, и если после этого ты по-прежнему будешь не против пойти в храм, то сходим. Договорились?

Стало тревожно и затошнило от страха, как будто Риан сказал, что после завтрака они отправятся к Геенне убивать демонов.

– Хорошо, – кивнула Тайра, стараясь сохранять спокойствие. Может, Риан просто хочет обсудить их будущую совместную жизнь? Так, наверное, полагается у аристократов. – Сделать тебе к оладушкам клюквенный соус? У нас еще клюква осталась.

– Сделай, а я пока чай заварю.

Почему-то Тайре показалось, что Риану тоже страшно. Интересно, права она или это всего лишь наваждение?..

После быстрого завтрака Тайра вышла кормить Джека. Поставила перед ним две миски – с мясной кашей и водой – и, дождавшись, пока пес аппетитно зачавкает, подняла голову к небу. Удивительно – она живет в темноте уже больше десяти лет, но эта детская привычка смотреть на небо по утрам по-прежнему осталась с ней и, кажется, совершенно не собиралась покидать.

Тайра вздохнула. Страх, поселившийся внутри с того момента, как Риан сказал: «Потом поговорим», – не исчез, лишь немного притупился, засев в сердце занозой. Она дергала и мешала, хотелось вырвать ее, отбросить в сторону и жить дальше, не оглядываясь ни на что, не сомневаясь в собственных решениях и поступках, не страдая от упущенных возможностей. Но что она может? Разве она способна повлиять на будущее, если и с прошлым-то не получается разобраться?..

– Пойдем, – сказал Риан тихо, выходя из дома, и потянул ее за локоть. Ладони его были чуть влажными после мытья посуды. – На скамейке нам будет удобнее.

Он усадил Тайру за стол, сам сел рядом и сразу же обнял, зарывшись лицом в ее волосы. Его руки ласково скользили по плечам, будто заранее стремились успокоить, и от этих движений страх Тайры начал разрастаться, захватывая тело целиком, сковывая холодом мышцы.

– Тай… – прошептал Риан, касаясь губами ее виска. – Знала бы ты, как я хочу промолчать. Не говорить тебе ничего, отвести в храм, провести церемонию, а потом прийти домой и любить до следующего утра. То, что ты ощутила вчера, когда я… Это лишь малая часть того, что я желал бы дать тебе.

– Риан! – Страх перешел в бешеное смущение, и Тайра сжалась. – Пожалуйста, не напоминай!

– Не могу. – Он улыбнулся, но ей показалось, что улыбка была грустной. – Я полночи об этом думал. Я безумно хочу повторить, но понимаю: после того как я скажу тебе то, что собираюсь сказать, у меня вряд ли будет подобная возможность. И искушение промолчать велико как никогда…