Тайны египетских гробниц [publisher: SelfPub]

– Допустим, а где же похоронена Нефруру? Наверху Нефруру и здесь Нефруру? Какая из них настоящая?

– Думаю, здесь настоящая Нефруру, а наверху какая-нибудь знатная молодая дама под видом юной царевны.

– Но зачем так сделали?

– Наверное, боялись разграбления гробницы и вообще не хотели, чтобы кто-то нарушал покой их близких людей, и как видишь, они оказались правы.

Вспомнив растерзанные Саидом мумии и его алчный оскал, Диана невольно содрогнулась.

– Миллион раз правы! – воскликнула она. – А отчего Нефруру умерла?

Писатель усмехнулся.

– Девочка была слаба здоровьем, виной этому был брак Хатшепсут с родным сводным братом Тутмосом II.

– Хатшепсут вышла замуж за родного брата? – ужаснулась Диана.

– В царских династиях в те времена это было нормой. Для сохранения власти братья женились на сестрах, а отцы – на собственных дочерях. Например, фараон Эхнатон, муж Нефертити, женился сначала на их старшей дочери, а потом на средней и родил от них детей… А Нефертити не смогла ему этого простить и уединилась в своей обители до конца своих дней…

– Какая дикость, – брезгливо поморщилась Диана.

– Это не дикость, – вздохнул Матвей. – В те времена для сохранения власти это было священным обычаем царского дома. Отсюда множественные генетические заболевания и странный вид некоторых фараонов. Вытянутые черепа, женоподобное телосложение у мужчин, всевозможные изъяны и патологии.

– Бедная Нефруру, как жалко ее…

– Чтобы управление Египтом не попало в случайные руки, Хатшепсут выдала свою дочь замуж за своего пасынка Тутмоса III…

– Но она же отняла у него трон, жаловалась жрецам на него, – удивленно протянула Диана.

– Хатшепсут была женщина умная, расчетливая, талантливая и властная, была великим манипулятором и знала, что делала, – улыбнулся Матвей. – Самое главное, что она была прекрасным фараоном, в ее царствование Египет добился необыкновенного расцвета, богатства и могущества. Царица наладила торговые и дружественные связи со многими странами, проблемы решала мирным путем, вела огромное строительство. Египет процветал. Хатшепсут не могла допустить, чтобы, когда ее не будет родной Кеми, так тогда называли Египет, попал в руки ничтожных, корыстных людей, и готовила себе смену – дочь Нефруру. А когда Нефруру умерла, то Хатшепсут выдала за Тутмоса III свою вторую дочь Меритру.

Выйдя из склепа, они направились в конец галереи и уперлись в стену.

– Здесь мы первый раз, – заметила Диана.

В стене, испещренной временем и покрытой седой пылью тысячелетий, едва заметно угадывалась позеленевшая медная дверь. На ней не было ни царского скарабея, ни каких-либо знаков или иероглифов.

Захлебываясь от возбуждения, вызванного находкой, он радостно затараторил:

– Это дверь была сделана гораздо раньше тайника, давай откроем ее. – Он потянул ее за скобу, дверь не шелохнулась.

– Может, она на замок закрыта? – предположила Диана.

– Скорее всего, ее зацементировало время… Нужен инструмент, погоди, я наверх сбегаю…