Электронная книга - «Дворцовый мост (СИ)». Краткое содержание книги:
Дом встретил его пустотой и темнотой. Ганнибал с удивлением бродил по тихой гостиной, где сейчас должна была сидеть Миша со своими игрушками, Райли тоже отсутствовал, и, добравшись до своей спальни, он увидел, что шкаф Чилтона открыт и не хватает части его вещей. Непонимающе поморгав в темноте, Лектер побрёл вниз, но ни няни, ни домработницы он так и не нашёл. Медленно сев на диван, он вытащил телефон из внутреннего кармана пиджака и набрал единственный номер, который ему всегда отвечал.
Чилтон взял трубку через несколько гудков.
— Ганнибал? — голос прерывался, слышался шум двигателя и крики Миши и Райли на заднем плане.
— Хм, Фредди, а вы где все?
— Алло, Ганнибал, я тебя не слышу. Ты дома? Говори громче.
— Куда вы подевались? — злобно закричал Лектер, вскакивая с дивана. — Я пришёл, никого нет. Вы где?
— Ганнибал, прости, я ничего не слышу, — тоже закричал Чилтон, чуть его не оглушив. — Я позже тебе перезвоню, как будет связь. Моя мама приболела и мы поехали к ней. Не знаю, сколько нас не будет. Прости, всё прерывается, мы уже за городом. Я…
Связь окончательно пропала и разговор прервался.
Ганнибал плюхнулся обратно на диван и замер в пугающей тишине. Мечты продолжали сбываться. Он остался один в этом огромном доме, и никто его больше не трогал. Он хотел одиночества — он его получил. Фредди всегда давал ему то, что он хочет. Он всё понял, и Лектер почти видел ковровую дорожку, которую тот расстелил перед ним, предлагая покинуть этот ненавистный ему дом, при этом избавив друг друга от болезненных объяснений. Ганнибал не очень поверил в больную маму, и, увидев на полу розового зайца, с которым Миша никогда не расставалась — видимо, они так спешили, что забыли про него, — он поднял его и потерянно прижал к себе.
Фредди отказался смотреть на то, как рушится его мечта, и предпочёл уехать, чтобы избавить себя от очередных унижений. Уже дважды он бросался в ноги к Лектеру, который начинал собирать вещи, и вид Ганнибала, который не просто не заступился за своего будущего мужа, получившего по лицу от вмазанного наркомана, а ещё и вцепился в него со счастливой рожей, окончательно расставил всё по своим местам, как тогда, после операции, когда он дал слово бросить Уилла, а вместо этого поплыл и забыл все свои обещания. На него пахнуло дерьмом от собственных поступков, и колючая злоба затопила его мозг.
— Да пошли вы все, — прошипел Ганнибал, резко вставая и с силой швыряя зайца куда-то вглубь дома. — Заебали со своими нежными сердечками. Валите, куда хотите, я хоть отдохну от ваших воплей и уродливых салфеток.
Подскочив к столику, на котором лежали нитки и крючки, он со всего размаха пнул по нему, разбрасывая всё полу, и, удовлетворённо кивнув, пошёл на кухню ужинать.
В холодильнике нашлась готовая еда, а на столе стояла маленькая коробочка французского шоколада, который каждый день покупал ему Чилтон, заезжая в частную кондитерскую. Не понимая, что делает, он смял несчастную коробочку и яростно швырнул её в мусорное ведро. Ганнибал нашёл в баре бутылку хорошего вина, разогрел ужин и уселся за стол, заставляя себя наслаждаться покоем и долгожданной тишиной. Он неподвижно сидел во главе огромного стола, где ещё сегодня утром Миша швыряла в него шоколадными шариками из завтрака, где громко пил свой кофе Райли, выхватывая намазанные маслом тосты из рук у Фредди, который пытался отдать бутерброд сердитому Ганнибалу, и он опять почувствовал себя обманутым. Он едва удержался, чтобы не влепить себе пощёчину.
Захватив недопитую бутылку вина и бокал, он перебрался в гостиную, включил телевизор и блаженно растянулся на диване. Вот он, этот момент, он постоянно об этом мечтал. Хотел, чтобы никого не было рядом, чтобы никто не трындел и не мешал ему мечтать о счастливой жизни с Уиллом. Несмотря на то, что телевизор был включён достаточно громко, ему всё ещё казалось, что тишина по-прежнему давит ему на уши, и он прибавлял и прибавлял звук, пока не понял, что это не помогает. Он попытался погрузиться в свои привычные радужные мечты об Уилле, но чего о нём мечтать? Они сегодня виделись, и ничего, кроме боли, эта встреча не принесла. Реальный мир оказался совсем другим, и, сколько не фантазируй, прошлое не вернуть. Уилл больше не был милым, ласковым и влюблённым в него парнем, которого он возюкал по полу своей кухни, безнаказанно отпинал и вышвырнул за дверь, и надо было давно перестать так думать. Мечтать о счастливой жизни с Уиллом — это всё равно, что думать о том, что его сестра оживёт и вернётся к нему. Это только высасывает из него душу.
Через час Ганнибалу стало скучно, а через два — тоскливо. Он выключил телек, стараясь разобраться в своей грусти, и молча пил вино, бессмысленно смотря перед собой. Фредди больше не звонил, хотя Лектер держал телефон под рукой, и, начиная скисать всё больше, он поднялся и начал бродить по пустому дому. Он бережно собрал все разбросанные нитки, радуясь, что не сломал столик, и впервые зашёл в спальню Миши.
В комнатке царил лёгкий хаос. Где-то валялись игрушки, где-то карандаши и ношеные носочки, и, всё меньше понимая свои мотивы, Ганнибал начал убираться в комнатке, поднимая с пола вещи и красиво рассаживая мягкие игрушки. В углу стоял детский столик со стульчиком, полностью заваленный рисунками, и, начав складывать их в аккуратную стопку, Лектер поражённо вздрогнул. На всех листках Миша рисовала свою семью. Везде в центре была она, с ярко рыжими волосами и широкой улыбкой, держа за руку Райли — кто это, Ганнибал догадался по длинным светлым локонам, а рядом стояли Ганнибал и Фредди, которые тоже улыбались, как, впрочем, и все остальные. Везде, на всех рисунках были её отцы, и лишь в самом низу он нашёл портрет какой-то женщины. Рисунок был старый, новая семья наполняла девочку свежими воспоминаниями, но Ганнибал сразу понял, что это Мишина мама. Лектер внимательно рассматривал картинку, впервые задумавшись, что пережила маленькая девочка, когда осталась одна на белом свете и попала в такие добрые и заботливые руки доктора Чилтона. Ганнибал воспринимал её, как агрессора, почти сразу возненавидев маленькую проказницу, и вместо того, чтобы искать к ней подход, вступил с ней в настоящую войну. Он даже ни разу с ней не поговорил, не улыбнулся и не назвал по имени, отталкивая и огрызаясь на неё, как на неразрешимую проблему. Ничего удивительного, что она ответила ему взаимностью.
Покинув спальню Миши, Ганнибал отправился в комнату Райли, всё ещё пытаясь найти ответы на свои вопросы, желая разобраться в своей злости на них на всех. Там тоже были разбросаны вещи, на компьютерном столе горела лампа, и все стены были завешаны непонятными плакатами с музыкантами и известными футболистами. На полу стояла человеческая голова, с длинными волосами и шикарной причёской, кругом валялись ножницы и какие-то папки с образцами оттенков, а на полу у окна Лектер нашёл лист бумаги с разбросанными по нему фотографиями. Стараясь ничего не трогать, он включил верхний свет и присел на корточки, рассматривая незаконченную работу. Это был свадебный подарок от Райли. Огромное количество изображений его и Фредди, сделанные на телефон и распечатанные, видимо, парень не знал, что такое фотошоп и как пользоваться компьютером, где-то уже порезанные ножницами, а где-то даже уже приклеенные, ввергли Ганнибала в настоящий шок. Он вспомнил о свадьбе! О своей свадьбе!
Резко подскочив, он выбежал из комнаты Райли, бросился в свою спальню, и, пробежав в кабинетик, где на столе лежали горы документов, начал в них рыться. Вот они, его свадьба запланирована на первое августа, то есть через пять дней. И куда тогда отправился Фредди? Что, свадьбы не будет?
Ганнибал медленно вернулся в свою спальню, залез в холодную постель и уставился в потолок, сложив руки на груди. Что же с ним произошло в тот момент, когда он вошёл в этот дом? Он практически возненавидел Райли, тихо желая ему смерти. Но почему? Что он ему сделал плохого? Милый, добрый мальчик, который целый год заботится о нём, отважно бросаясь на выручку в тюрьме, предлагая себя в качестве успокоительного и груши для битья, и даже убивший ради него человека. Лектер подскочил в кровати, сжимая руки в кулаки и вгрызаясь в них зубами. Да, ведь Райли убил человека, спасая его от побоев! Как он мог это забыть? Идя на поводу у собственного эгоизма, он добродушно взял парня с собой в Берлин и тут же вышвырнул его на улицу, спокойно валяясь в кровати и кушая фрукты. А что потом? Лектер вцепился в свои плечи ногтями, содрогаясь от стыда, вспоминая, как, втоптав Райли в грязь, заставил его делать ему минет, да ещё и считал, что оказывает ему милость. Вспорол ему грудь, чуть не отправив на тот свет из-за блядского актёра, и ведь до сих пор не попросил прощения. А теперь трясётся от ненависти и злости из-за того, что парень искренне полюбил Фредди и называет его отцом?