Вор из шкатулки архимага

— Скиамасы — безобидные создания! — крикнул Туман. — Что за чушь?

Оболтус несведущий! Как же безобидные! В лицемерии им нет равных! Я по сравнению с ними добродушная милашка.

— Да уж, они безобидные последние четыре тысячи лет по вашему летоисчислению. Но кажутся такими потому, что умело прячут свою истинную натуру. Объясните Деяну Розену: к ним можно приходить только с миром.

На губах дракона дрогнула улыбка. Он покачал головой и беспардонно уселся у костра.

— Сияна, садись. Рыба готова.

Но она стояла, бегая глазами по пыльному полу. Туман дернул ее за штанину, другой рукой протягивая ей запеченную рыбу на потемневшей палке.

— Вы не голодны? — спросила она, подняв ко мне взгляд. Я равнодушно отказалась. Может, стоило с ней заговорить? Кажется, девушка настроена ко мне более благосклонно. Или скиамасы не успели ей запудрить мозги.

У чаши с сырой рыбой, к которой потянулся Туман, лежали две фиолетовые маски — даже издали манили. Что там в Скиалире? Какое обиталище создали беглецы и почему назвались шаманами?

Сияна, изнывая от неловкости, дула на горячую рыбу и отщипывала кусочки. Туман увлеченно крутил палку со второй сырой рыбиной. Я присела, подхватив мантию. Прядь моих длинных волос случайно опустилась в костер, но я быстро отклонилась. Туман заметил, что она не загорелась, и воззрился на меня, оставив рыбу в покое.

— И какая же истинная натура скиамасов?

— Не могу сказать, — ответила я и прощупала взором ближайшие тени. — Но, поверьте, едва Деян Розен доберется до них с войском — вы увидите все сами. Вот только будет поздно.

— Вы, кажись, явились сюда что-то поведать нам, но после ваших невероятных рассказов уйма вопросов. На которые вы не отвечаете. Это какая-то глупая ловушка? Или вы на пару с герцогом разыграли спектакль в лесу? Он страшится меня и решил перейти на хитрости?

— Он не доберется к скиамасам, — заявила Сияна и получила от Тумана гневный взгляд, точно оплеуху. — Что? — ответила она ему. — Я тоже ничего конкретного не сказала.

Вот дети малые. Станут они меня слушать, решив, что Кринтара ключ к спасению? Сказать им, что она сломана и убьет Тумана, если он ею воспользуется?

Еще бы они мне поверят. К тому же как потом объяснить то, что Деян якобы не умер?

Зря я сюда пришла, зря я помешала Деяну, зря лгала десять лет, зря влюбилась в него… Но разве могло быть по-другому? Судьбу никто не пишет, однако все предначертано сначала и не могло случиться иначе. И определила свою судьбу я тогда, когда в гареме решила изменить мир.

Так, событие за событием, год за годом, до того проклятого дня.

Как только меня назначили музой к начинающему артефактору, Ясону Такраду, я не отлетала от него ни днем, ни ночью. Сидела на его плече, пока он мастерил артефакты, шептала на ухо вдохновляющие слова, спешила за ним со своими маленькими крылышками в портал к архимагу.

Сначала я фыркала, когда Деян Розен охаивал наши творения. Кипела от злости, когда он заставлял Ясона работать сутками. Едва сдерживалась, чтобы не засунуть в янтарный глаз свой посох, когда он разбивал созданные нами артефакты.