На кончиках твоих пальцев

По задумке Дмитрия я выходила на сцену первая, открывая спектакль монологом фортепиано. Я очень удивилась количеству людей – невиданное число слушателей впечатляло – такого не было, наверное, со времен открытия театра. Это взбудоражило меня, всколыхнуло сердце, участило пульс – руки задрожали, а в голове появилась звенящая тревога, – чувство, давно забытое и похороненное в уголках сознания с запыленными воспоминаниями детства, когда мне приходилось выступать на публике в садике и школе. Я как будто оказалась нагой перед тысячью глаз, без возможности спрятаться или прикрыться.

Но подводить Дмитрия я не хотела, поэтому покорно подняла руки и положила их на клавиатуру, давая дрожи раствориться на поверхности черно-белой глади.

Я выдохнула и начала играть. Я выбрала первую прокофьевскую мимолётность для вступления, искреннюю и поэтически-мечтательную, как нельзя кстати подходящую для начала «атмосферного действа». Дальше, сбивая цикл, но подстраивая его под собственное чувство выстроенной Петрушевским программы, я перешла сразу к шестнадцатой пьесе, под которую медленно, точно выплывая из мрака, двигались, как тени, или призраки, темные фигуры в плащах, держа в руках зажженные свечки. Они встали полукругом, едва различимые при тусклом свете, с повисшими на лицах капюшонами и застыли, точно статуи с поднятыми в руках свечками. Когда я заиграла достаточно резкую, характерную по ритму следующую пьесу, из общей массы выделилась фигурка, вышла в центр, резко задула свечу и начала, голосом повествователя, рассказывать невероятную, фантастическую сказку про девочку Лулу, которая жила на краю мира и ночами танцевала с феечками и эльфами из леса, а днем бродила по краю мира и всматривалась в туман, бесконечно тянущийся в далекую даль, простирающуюся за краем, и непонятно почему тосковала. Сказка увлекла меня, я перестала бояться публики, и с таким же напряженным интересом, как и зрители, смотрела за сменой актеров, событий, внимательно слушала их реплики, сочувствовала внезапно оказавшейся как будто реальной Лулу, когда она уронила в бездонную пропасть своего любимого единорога, без которого не могла спать ночами. Радовалась, когда феи и эльфы решили помочь Лулу спуститься на дно края света, чтобы достать любимую игрушку девочке, как отправились с ней к злому магу Зараблю, у которого был волшебный корабль с крыльями. Он мог летать с помощью волшебства и мог отнести девочку и ее помощников в нужное место. Но взамен Зарабль попросил, чтобы Лулу принесла ему со дна необычный и редкий камешек, который он давно уже потерял, но не мог достать, потому что ему самому нельзя было спускаться вниз.