Байки из зоны 51

– С тобой все нормально?

– Да заткнись ты! Дай сосредоточится, – уже всерьез зарычала она.

– Эй, ну давай!

– Мммммммм! – услышал я злобный рык.

Вот уж чего-чего я никак не ожидал, но ее необъяснимой вспышки гнева. Я поднял голову и увидел под повязкой ее оголенную грудь. Еще сильнее изогнувшись я оказался свидетелем того, чего всеми фибрами души не желал стать.

Моя Тефия смотрела не на меня, а вперед и немного вверх. Смотрела на свои руки, которые крепко сжимали мой армейский боевой нож Ka-Bar, направленный острием в центр моей груди. Она сидела так и будто произносила молитву про себя, перед тем, как принести жертву своему кровожадному богу.

– Твою мать, ты что задумала! – всерьез взорвался я.

– Заткнись, пока я тебе глаза не выколола!

– Тефия! – крикнул я и мой нож на дюйм вошел в мою левую грудь.

– Три раза я пыталась тебя убить, три раза, ничтожество! Дважды я почти затащила тебя к себе домой. Попадись ты мне тогда, я бы содрала с тебя шкуру и скормила своей собаке. Твои дружки и не вовремя взбесившийся пес вечно совали мне палки в колеса. Как ты мог, стрелок чертов! Как ты смел! Какого черта ты это сделал поддонок. Почему ты еще жив, объясни мне? Почему?

И тут я все понял. Это она. Это была та, что пыталась догнать меня на мотоцикле. Это та, чей парень погиб от моего пьяного безрассудства. Беги от прошлого и оно как изысканный охотник настигнет свою жертву. Не ради крови, не ради мести, а из любви к своему делу. И сейчас я был подготовлен ко всему, что взбредет в ее голову.

Я ждал ее удара, резкого, точного, что заставит все мои нервы сжаться в плотный комок. Как же долго тянется время. Как же мучительны эти ожидания. Но удар не последовал. Она отдернула нож от мой груди и воткнула его в матрац, слева от головы. Тем не менее, дело этим не кончилось.

Она спрыгнула на пол и принялась вышагивать из стороны в сторону, будто о чем-то думала.

– Пошевелишься, прирежу! – бросила она, между прочим. – И не смей свой рот открывать.

Обшарив кухонные шкафы, Тефия вынула начатую бутылку виски и наполнила им половину бокала. С ним она вернулась и облокотившись на входной проем, стала пристально смотреть на меня, делая глоток за глотком.

– Так значительно лучше, – объявила она, добив выпивку и нагло швырнув стакан в постер на стене.

Вернувшись на прежнее место, то есть, оседлав меня, одной рукой она схватила меня за горло.

– Ну что, продолжим разговор, – предложила она и тут же принялась бить меня своим стальным кулаком. Сильно, жестоко неустанно. Сначала следовали редкие удары, осмысленные, будто смакуя, а затем все быстрее и быстрее. Далее, в ход пошли уже две руки. Это были отнюдь не какие-нибудь девчачьи оплеухи, а профессиональная обработка отбивной, будто ты целуешься с резиновой кувалдой, летящей в голову со всего маху.

Откуда у нее такая силища, – не спрашивайте меня. Удар, удар, удар и я чувствую песчаный скрежет на своих зубах, чувствую как мои губы, и брови превращаются в месиво. Повязка спала и сквозь ослепительные вспышки я вижу ее глаза, змеиные глаза, не человеческие, страшные. Потеряв карий оттенок они налились медовым цветом, с множеством тонких прожилок и узким вертикальным зрачком, от века до века.