Очерки из моей жизни. Воспоминания генерал-лейтенанта Генштаба, одного из лидеров Белого движения на Юге России
- Автор: Лукомский Александр Сергеевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Центрполиграф
- ISBN: 978-5-227-09817-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Очерки из моей жизни. Воспоминания генерал-лейтенанта Генштаба, одного из лидеров Белого движения на Юге России». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
В действительности хотя М.И. Драгомиров и был вообще против телесных наказаний и против порки, но интересно отметить, что он был против отмены телесных наказаний в армии. Я помню (если не ошибаюсь, это было в 1902 или 1903 году), на запрос военного министра о желательности полной отмены телесных наказаний в армии (то есть и в дисциплинарных батальонах) М.И. Драгомиров ответил письмом, в котором указал, что в мирное время порка должна быть отменена совершенно, но что для военного времени она должна быть в армии восстановлена. М.И. указывал, что, во-первых, во время боя постоянно бывают случаи, когда поднять солдата, залегшего под пулями, можно только палкой, а что после боя, при полной невозможности применять ряд дисциплинарных взысканий мирного времени, надо предоставить право начальствующим лицам (не ниже командира роты) наказывать розгами солдат, которые позорно себя вели во время боя.
Возвращаясь к нападкам на М.И. Драгомирова о «потворстве» солдатам и подрыве авторитета начальников, я еще остановлюсь на несколько более ярких случаях.
Большие маневры 1890 года войск Киевского военного округа против войск Варшавского военного округа. Командующий армией из войск Киевского военного округа – генерал Драгомиров. Командующий армией из войск Варшавского военного округа – генерал Гурко. Два важнейших округа. Командующие армиями – два героя Русско-турецкой войны и представители несколько иных школ подготовки войск в мирное время: у генерала Гурко доминировал принцип обучения войск, натаскивания их в поле, создавая при этом возможно более трудную обстановку (зимние маневры, ночлеги в поле зимой, трудные форсированные марши, преодоление всяких серьезных местных препятствий и пр.).
У генерала Драгомирова в основе — воспитание войск, венчаемое обучением и поверкой в поле.
Маневры в Высочайшем присутствии. Не только верхи армий, но вообще все военные были склонны смотреть на эти маневры с точки зрения кто окажется победителем. Гурко или Драгомиров? Штабы и начальники частей нервничали.
Маневры прошли хорошо для обоих округов, для обоих командующих войсками, но. генерал Гурко отдал один приказ после маневров – благодарность войскам округа и начальствующим лицам, а генерал Драгомиров отдал два приказа: первый – короткий – благодарность всем от старших начальников до солдат за получение им, генералом Драгомировым, Высочайшей милости, а второй – подробный разбор маневров, указание на замеченные ошибки, выговор некоторым начальствующим лицам.
Опять обиженные завопили: «выносит сор из избы», «шельмует начальников», «подрывает престиж начальников» и т. д. Объяснение же этому находится в той же системе воспитания и обучения войск, проводившейся М.И. Драгомировым: и на эти исключительные маневры он смотрел как на поверку тому, чему обучены войска; на поверку работы начальствующих лиц. Скрывать и замазывать недочеты генерал Драгомиров считал преступным. Считал при этом неуместным щадить и тех начальствующих лиц, кои упорно не хотели считаться с его требованиями или оказывались неспособными их воспринять, то есть непригодность коих в роли крупных начальников определялась наглядно.
Как следствие этого приказа несколько начальников дивизий принуждены были уйти в отставку.
Командир XI армейского корпуса Батьянов92. Человек способный, но совершенно несогласный с системой воспитания и обучения войск, проводимой генералом Драгомировым. При этом большой задира, будирующий против М.И. Драгомирова и писавший на командующего войсками жалобы в Петербург.
Было ясно, что долго они не могли совместно служить в Киевском военном округе. Терпение М.И. Драгомирова истощилось, и он решил с этим покончить. Случай подвернулся: по приказанию генерала Батьянова была снята и продана очень ценная крыша из медных листов, покрывавшая так называемый Уманский замок. Вырученные деньги по указанию генерала Батьянова пошли хоть на казенные надобности, но не предусмотренные законом.