Магия ответа [СИ]

Я смотрел на горящее вдалеке поместье. Оно было довольно далеко, почти у горизонта. И дымный след подпаленной травы, в некоторых местах занявшейся огнём, тянулся прямо от поселения… ко мне.

Это след моего побега!

— Да жжёный… жжёный ты… — я, ругаясь, вскочил на ноги.

На две ноги, как и положено. На две, не на четыре.

— Твою же… луну, — я машинально глянул вверх, на Красную Луну.

Пробоину не было видно, а далеко над горизонтом, за клубами дыма, поднимающегося от поместья Перовских, всходила Синяя Луна.

Что со мной было? Что, на хрен, за режим берсерка?! Мутация?! Магия?!

И почему раньше такого не было?

Нет, я не сошёл с ума. В памяти всплывали чёткие картинки, как я прыгаю на четырёх лапах по задымлённым улочкам. Рядом взрывается попавший в стену магический снаряд, меня окатывает огнём, крошкой и обломками, но толстая шкура спасает…

Шкура?

Я недоверчиво потрогал себя за плечо, за щеку. Даже попробовал на остроту клыки…

Нет, обычный человек. Но ведь мне не показалось, и я рвал зубами горло славинских магов? Нет, не только славинских…

Судя по Василию, эмоциональный фон от которого выровнялся, об этом он и хотел мне сказать.

— Так, ладно, — я с кряхтеньем встал.

Долго удивляться и волноваться было не в моей привычке. О том, что произошло, можно подумать и на ходу.

Магострел куда-то запропастился. А пистолет? Вот он, лежит рядом.

Плащ оракула на мне, но изрядно обгорел. Фуражка слетела, а поясная сумка осталась.

Я опустил руки в карманы плаща. Ого, нож… Это хорошо.

Так, отлично. Пистолет, три патрона к нему. Сумка с документами и таблетками, несколько браслетов — огненный, водяной и воздушный. Пара ободков с тхэлусом.

Оглянувшись на горящее поселение, я скинул с себя плащ, бросил его в горящую траву. И быстрым шагом пошёл прочь от горящего поселения.

***

Уже занималась заря, когда я добрёл до опушки леса, вдоль которой шла укатанная грунтовая дорога.

Всё было отлично в моём плане, кроме отсутствия воды, и жажда понемногу о себе заявляла.

Пробоина выползала из-за горизонта, являя своё чернющее звёздное око. Она словно видела меня насквозь, со всеми моими тайнами, и я машинально полез в сумку, чтобы наконец проверить документы, да и просто отвлечься.

Там оказались две книжечки.

В первой красовалась моя чёрно-белая фотография, причём качества не особо хорошего.

«Василий Пёсин, две тысячи сто сорок девятого года рождения».

«Безлунный. Мастеровой. Корнями своими уходит к достославному роду Пёсиных, чья одлунность…»

— Закончилась в две тысячи сто мохнатом году, — прошептал я, усмехнувшись.

Я пробежался дальше глазами. Там говорилось, что «отличился в праведном служении роду Перовских, который в свою очередь с честью служит роду Вепревых»…

Так, значит, я теперь Безлунный.

Открыв вторую книжицу, я обнаружил какое-то подобие военного билета. В нём говорилось, что за «заслуги перед родом Перовских» и в «связи с наличием Подлунных предков» мне «дозволено отправиться в ряды Царской Армии».