Рискованное приключение (ЛП)

— Мама! — воскликнула я.

Мама повернулась ко мне, широко открыв глаза:

— Но это правда!

Я подняла глаза к потолку и воскликнула:

— Господи! Можно мне получить машину времени? Пожалуйста. Я просто хочу вернуться на тридцать пять лет назад, вылезти из своей коляски и потеряться в глуши, чтобы меня воспитывали бродячие собаки.

Мама снова отклонилась назад и сказала Максу:

— А еще она иногда слишком драматизирует.

Она вернулась к своему занятию и пробормотала:

— Впрочем, это хорошо, у нее всегда было превосходное воображение.

Я вручила Максу его кружку и понесла кофе Стиву, по дороге заметив:

— Мам, я нравлюсь Максу и так, понятно? Тебе не нужно его уговаривать, учитывая, что я стою у него на кухне в его рубашке.

— Хорошо, — огрызнулась мама и снова посмотрела на Макса. — Сварливой она тоже бывает.

Я закрыла глаза и уронила голову. Моя молчаливая политика продлилась полсекунды, прежде чем вокруг моей талии обвилась рука, и я оказалась прижата спиной к груди Макса.

— Бери свой кофе, Герцогиня, и оставь маму в покое, — приказал Макс мне на ухо.

Я наклонилась вперед и взяла свой кофе.

— Да пожалуйста, — пробормотала я и, посмотрев на маму, поняла, что не могу оставить ее в покое, так что я спросила: — Кстати, что ты делаешь?

— Я в настроении что-нибудь состряпать, — ответила мама, и я напряглась всем телом.

— Мам... — начала я, и меня поддержал Стив.

— Нелли, не уверен, что это хорошая идея, — предостерегающе сказал он низким голосом.

— Моя стряпня самая лучшая, — заявила мама Стиву.

— Ты стряпаешь методом тыка. И в основном попадаешь мимо, — сказала я ей.

Ошеломленная мама резко развернулась ко мне.

— Тебе понравилось мое суфле из голубики и ревеня.

— Мам, я соврала. По вкусу было похоже на рвоту.

Я почувствовала, как Макс затрясся всем телом, но мне пришлось проигнорировать это, поскольку мама оскорбленно ахнула:

— Оно не было похоже на рвоту!

— Пожалуйста, просто позволь мне сделать тосты.

Мама оскорбилась еще больше, если такое возможно, и воскликнула:

— Что Макс подумает, если мы будем кормить его тостами?

— Мама, ты тут в гостях, — напомнила я.

— В любых обстоятельствах я — мать, а дети не должны питаться тостами. Никогда.

— Тут она тебя уела, Герцогиня, — прошептал Макс.

Я развернулась и подняла к нему лицо:

— Макс, ты не ребенок.

— Пока мы живы, вы всегда будете детьми, куколка, — вставил Стив. Я посмотрела на него и ссутулила плечи.

Но я не могла отступить молча и потому буркнула:

— Все против меня.

— Смирись, солнышко, — пробормотала мама, повернулась к разложенным на столе продуктам и продолжила, подняв руки и разминая пальцы: — Что ж, я думаю... что-нибудь клубничное.

Я решила пить кофе и позволить событиям развиваться без моего участия.

Только тогда я осознала, что опираюсь спиной на Макса, а его рука все еще обнимает меня за талию. Я не чувствовала себя странно или неуютно. На самом деле, я чувствовала себя естественно и совершенно уютно. Я поняла, что мне нравится.

— Боже мой! — неожиданно закричала мама. Я вздрогнула и посмотрела на нее. Она держала в руках новый молочник, который я купила Максу. — Макс, это чудо. У тебя очень хороший вкус.

— Это Нина купила его для меня, — сообщил Макс. Мамино лицо просияло, и, широко распахнув счастливые глаза, она повернулась к Стиву.

— Ты слышал, Стив, дорогой? Нина купила Максу молочник, — сказала она таким тоном, что прозвучало будто: «Ты слышал, Стив, дорогой? Нина только что призналась Максу в вечной любви, и завтра утром хирурги соединят их, как сиамских близнецов».

— Я слышал, любимая, — сказал Стив, усмехнувшись в ответ на мамино явное счастье, хотя я сомневаюсь, что Стив пришел в восторг от молочника.

— Прелесть, — пробормотала мама и поставила молочник, а затем принялась открывать и закрывать шкафчики, продолжая бормотать: — Теперь миски.

— Макс, — окликнул Стив. Я повернулась к нему, и, подозреваю, что Макс тоже, поскольку Стив продолжил: — Ненавижу вклиниваться в обычное безумие воссоединения Нелли с Ниной, но нам надо поговорить про этого козла Лоуренса.

Вот она, причина их визита. Я могла бы догадаться, если бы у меня было время подумать.

Мама накладывала что-то в миску, но наклонилась ко мне и заявила:

— У Стива есть план. У Стива всегда есть план.

Потом она подмигнула мне и принялась стряпать дальше.

— Что ты задумал? — спросил Макс.

— Я думаю, что после завтрака мы оставим женщин здесь, а сами спустимся с горы и побеседуем с Лоуренсом в гостинице.

Я снова напряглась.

— Согласен, — тут же сказал Макс.

— Эм-м... Я не... — начала я, но замолчала, когда Макс сжал мою талию.

— Мы вернемся меньше чем через час, — сказал мне Макс, и я повернулась, чтобы посмотреть на него.

— Макс...

— Герцогиня, — оборвал меня Макс, — это дело решенное.

У меня не было времени обдумать свое сложное положение, свой побег или внимательно изучить тот факт, что я, похоже, раз за разом позволяю своим планам нарушиться и каждый день заканчиваю в постели Макса. Однако я была весьма уверена в том, что не хочу, чтобы Макс объединялся со Стивом в попытках заставить моего отца уехать. Не знаю почему, но я считала, что это семейное дело, а Макс не входил в семью. И тоже не знаю почему, но мне казалось, что если Макс это сделает, то станет на один шаг ближе к семье. Но я точно знала, что мне хотелось, чтобы Макс был моей семьей, и я также знала, что мне не следует этого хотеть.