Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Поначалу глины просто опешили и не могли понять, в чем дело. Переглядывались и пожимали плечами, а я поддавала жару, не давая им времени сообразить, в чем же дело.

— Такие вещи держат в хавидах! — бушевала я. — Ну конечно же, вы не имеете понятия, что такое хавиды, а ещё берётесь гарантировать Сохранность раритета! Ведь мельчайшая пылинка может его испортить, а пан уже собрался его схватить пальцами!

И я сама ткнула пальцем в даже не пошевелившегося прокурора, стараясь при этом, чтобы мой палец выглядел как можно обвинительнее. Прокурор только рот раскрыл и слегка покраснел.

Разумеется, на встрече со мной присутствовали оба начальника: и главный комендант, и сам прокурор. А я продолжала бушевать:

— Я знала, что так и будет! А ведь предлагала вам гарантировать безопасность бесценной марки, предохранить её от порчи. Так нет, все себе заграбастали, как гарпагоны какие…

Тут меня перебил комендант:

— Так кто же против? Раз пани умеет обращаться с марками и к тому же привезла этот, как его.., в общем, мы не против — предохраняйте.

Но учтите, наследственная масса должна остаться на месте, и речи быть не может, чтобы раздавать её по кусочкам.

— Уж вы никак не можете обвинить меня в том, что я у вас хоть кусочек этой наследственной массы украла! — возмутилась я.

— Хотя очень хотелось, правда ведь? — ехидно вмешался прокурор. — Пани как-то забыла, что мы — полицейское учреждение, а не филателистический магазин, так что ничего удивительного, что у нас могло и не оказаться этого… вашего… Вот если бы пани понадобились наручники или ещё что в этом духе — всегда пожалуйста.

Мне очень хотелось предложить ему самому заковаться в свои наручники, но я не стала терять драгоценное время.

Посовещавшись с коллегами, комендант достал из сейфа четыре кляссера покойного Фялковского, аккуратно завёрнутые в картон и перевязанные шнурком. Они были покрыты восемью печатями. Это сейф? Я бы не распознала его среди других шкафов.

— Вам придётся потом снова все опечатать, — предупредила я.

— Мы учитываем это, — сухо парировал комендант.

При этом он и не дрогнул, то есть не бросился искать лак и печати. А я принялась за дело.

— Нельзя было опечатывать без хавида!

Пусть хоть одна моя марка сохранится. Если нет возможности купить её сейчас, подожду, когда будет можно. А пока хотя бы как следует предохраню её, чтобы не испортилась и сохранилась в лучшем виде.

И я развила оживлённую деятельность. Вытащила из сумки твёрдую подкладку, хотя в ней не было никакой надобности, но надо же пустить им пыль в глаза! А вот пачка хавидов в двух размерах, хотя я прекрасно знала, какой кусочек мне потребуется. Скотч тоже без надобности, обложки от австралийских марок, чтобы скрыть в них заменяемый блочек-1 Об, два пинцета и ножнички. Пинцеты и ножницы я предусмотрительно положила на самое дно сумки, для того чтобы остальным барахлом устлать полицейский стол. Куча получилась такая, что в ней можно было с успехом скрыть даже Калашников.