Зарубежный детектив

— Прекрасно, — угрожающе процедил Мейсон, — это лицо — я. Я это устроил. Что вы теперь будете делать?

— Господа, — вмешался судья Маркхем, — мне кажется, этот спор начинает уводить вас от темы.

— Ни в малейшей степени, — возразил Мейсон. — Я знал, что этого не избежать, и хочу решить дело прямо здесь и сейчас. Нет закона, возбраняющего одной женщине выдавать себя за другую. Заявлять права на потерянное — это еще не преступление, если заявитель не преследует цели присвоить потерянную вещь.

— Как раз это и было в данном случае целью обмана, — воскликнул Клод Драмм.

Перри Мейсон улыбнулся.

— Вспомните, Драмм, что я позвонил в полицию и передал носовой платок, как только он ко мне попал, а мисс Сибли мне его отдала, как только получила от водителя. Я занимался тем, что проверял, насколько крепка память у таксиста. Можете меня повесить, но я-то знал, что к тому времени, как вы кончите его натаскивать, он уверует, что имел дело с одной только подсудимой, и никакие перекрестные допросы не смогут поколебать этой веры. Я первый подверг его перекрестному допросу, причем не стал задавать вопросы, а преподал ему предметный урок, только и всего. Я действовал в рамках своих прав.

Судья Маркхем взглянул на Перри Мейсона, и в глазах его мелькнул озорной огонек.

— Что ж, — сказал он, — в настоящее время от суда не требуется выносить суждение о нравственной стороне данного вопроса, как и о том, имела ли место кража носового платка. От суда требуется всего только распорядиться, чтобы в соответствии с вашей, адвокат, просьбой вашим свидетелям была предоставлена возможность давать показания в суде и чтобы полиция не пыталась на них давить.

— Больше я ни о чем не прошу, — заявил Перри Мейсон, не сводя, однако, глаз с Клода Драмма. — Я знаю, что делаю, и отвечаю за это, но я не допущу, чтобы женщину — любую женщину — запугивала банда молодцов.

— За то, что вы сделали, вас ждет разбирательство в конфликтной комиссии Ассоциации адвокатов! — воскликнул Клод Драмм.

— Не возражаю, — парировал Мейсон. — Буду счастлив обсудить там с вами эту проблему. Но до тех пор — руки прочь от моих свидетелей.

— Господа, господа! — пресек перепалку, вставая, судья Маркхем. — Я вынужден призвать вас к порядку. Адвокат Мейсон выступил с ходатайством, и вам, мистер Драмм, должно быть ясно, что оно законно. Если защита вызвала это лицо в суд в качестве свидетеля, будьте добры воздержаться от попыток оказать на него нажим.

Клод Драмм сглотнул и заметно переменился в лице.

— Хорошо, — сказал он.

— Прошу сюда, — произнес Перри Мейсон, улыбаясь и беря Мэй Сибли за руку, чтобы увести из кабинета.

Когда он открыл дверь в зал суда, их встретили ослепительная вспышка света и внезапный хлопок.

Девушка взвизгнула и закрыла лицо.

— Не волнуйтесь, — успокоил ее Перри Мейсон, — это всего лишь фотокорреспонденты из газет, они вас снимают.

Клод Драмм протиснулся к Мейсону; лицо его было бледно, глаза горели.