Новенький, какую игру ты затеял? (СИ)

— Не бойся. Это всего лишь поцелуи. Я не сделаю ничего плохого.

Обрывки фраз с предыханием, и снова мои губы в его плену.

Руки Ланса переместились к талии и на бедра. И теперь ласки превратились в грубые нажимы. Такое поведение мне не понравилось, совсем, я стала паниковать и сопротивляться, но видимо, это распалило его ещё больше.

— Ланс. Постой…постой. Остановись! Прошу!

Я пыталась говорить, между напористыми поцелуями, когда он отрывался от губ, но Ланс меня не слышал, мозг его был объят желанием. — Я…я…не готова, я не х-хочу, — мой голос дрожал, руками при этом я попыталась его оттолкнуть и ударить. Кое-как мне удалось выбраться из-под тяжести его тела, и поднявшись, рывком отбежать на пару метров. Ланс тоже медленно встал.

Он был похож на разъяренного зверя: дыхание было сбившимся и тяжёлым, руки сжаты в кулаки, глаза наполнены неприкрытой злостью, а лицо расплылось в ухмылочке, от которой невольно моё тело съежилось.

— А когда ты будешь готова, Адель? Когда? А? Я и так столько ждал, — парень кричал, а затем слова и вовсе наполнились ядом. — Как долго ты будешь строить из себя невинность? Год? Два? Это меня раз-дра-жа-ет! — последнее слово он произнес особо тягуче, сквозь зубы, и это было подобно невидимой пощёчине.

Я лишь ошарашенно смотрела на Ланса, не веря в происходящее. Где тот спокойный и милый парень?

И тут я услышала сбоку громкие аплодисменты.

— Браво! — выкрикивал незнакомый голос. — Вот это спектакль. Голубки бранятся.

Я резко повернула голову влево и увидела лицо того смазливого парня, который пару дней назад просил сигареты, в сопровождении ещё двоих. Он оказался около меня на расстоянии метра и сделал какой-то знак головой.