Приговоренная к смерти или В плену у демонов [СИ]

— У всех есть мужья, жены.

— Но у меня очень строгий муж! Он убьет, если узнает, что я трахаюсь без его позволения.

— Ладно, помолчи! Считай, что я пошутил. Придумаю для тебя что-нибудь особенное. Все выдержишь?

Я пожала плечами.

Арон опять посмотрел в папку:

— Болевой порог высокий. Это хорошо. А какое у тебя стоп-слово, недотрога?

— Понятия не имею, мы не обговаривали, а я не знаю, какие вы даете стоп-слова, — честно призналась я.

— Так придумай что-нибудь сейчас, — велел Арон.

— Лысый! — сказала я первое пришедшее на ум слово.

— Нет, это не хорошо! — недовольно ответил Арон, прикоснувшись рукой к своей лысине. — Давай просто: боль, если тебе без разницы. И кричи во время съемок. Подписчики это любят.

Мне было все равно. Боль, так боль. Единственное, что я хотела, сбежать от этого ненормального мужика. А он спросил:

— Камера готова?

Получив утвердительный ответ, мастер Арон кровожадно улыбнулся, схватил меня грубо за волосы, я и пикнуть не успела, как очутилась на столе, том самом, где только что лежала девица. Фу, как неприятно после нее! Живот и грудь оказались прижаты к неостывшему еще от тела развратницы пластмассовому материалу.

— Прекратите, прошу! — закричала я в соответствии с указаниями мастера.

Он стащил мою юбку и ударил ладонью по ягодицам. Пока думала, закричать или нет, мастер схватил мои руки и на запястьях защелкнул прохладные браслеты. После чего прицепил меня к одной из конструкций, похожей на подлокотник, так, что я совсем не могла руками шевелить. И почти сразу почувствовала, как лодыжки обвивают мягкие манжеты. Мастер развел ноги и прикрепил их за манжеты к краям стола.

Я оказалась обездвиженной и беспомощной в своем состоянии. Но головой могла вертеть и с ужасом наблюдала, как мастер подошел к стене, снял с крючка плеть с множеством мелких хлыстиков. При этом оператор снимал попеременно мое лицо крупным планом и неспешные действия мастера. Он подошел ко мне вплотную, подсунул руку под тело и со всей силы сжал пальцами сосок. Я застонала от боли. Мастер перестал садировать грудь, но через пару секунд я услышала щелчок, свист стремительно движущейся плети и ощутила раскаленный удар по своим ягодицам. Я взвизгнула от острой, пронзительной боли.

Послышался опять щелчок и раздирающий душу свист. От предчувствия очередной порции боли сознание моментально уплыло в туман, как это неоднократно было при издевательствах Сема. Сквозь такой туман боль воспринималась не так остро.

Впрочем, сейчас боль была не такой резкой и унизительной, как при экзекуциях Сема после измены. Мастер для вида остервенело крутил плеть, но во время удара замедлял ее движение. Не было и крови.

Вдоволь поиздевавшись над моей попой и спиной, Арон дал немного времени передохнуть, затем развернул меня на столе, опять зафиксировал ноги, вставил в рот дурацкий мяч-кляп и закрепил его резинками на голове, достал зажимы для сосков и нацепил мне их. Порка продолжилась в таком вот виде. Теперь удары сыпались на внешнюю сторону бедра и живот. Я почти отключилась и не кричала, лишь иногда охала при особо сильных ударах.