Страсти и борьба с ними (выдержки из творений и писем)
- Автор: Затворник святитель Феофан, (Крюков) игумен Феофан
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «Страсти и борьба с ними (выдержки из творений и писем)». Краткое содержание книги:
У святых отцов, и особенно у св. Исаака Сирианина, указывается и другая степень даемой, или находящей молитвы. Выше показанной стоит у него молитва, которую он назвал экстазом или восхищением. И тут тоже находит дух молитвенный; но увлекаемая им душа заходит в такие созерцания, что забывает свое внешнее положение, не рассуждает, а только созерцает, и невластна править собою или разорить свое состояние. Помните, в отечниках пишется, что кто-то стал на молитву пред своею вечернею трапезою, а опомнился уже утром. Вот это и есть молитва в восхищении, или созерцательная. В иных она сопровождалась просветлением лица, светом вокруг; в иных подъятием от земли. Святой апостол Павел в этом состоянии восхищен был в рай. И пророки святые в нем находились, когда взимал их Дух.
Подивитесь, какая великая милость Божия к нам грешным. Мало кто потрудится, и чего сподобляется? Всяко трудящимся можно смело говорить: трудитесь, есть из-за чего! (14, с. 240–241)
Деятельная и созерцательная жизнь так идут: устанавливаются в делах и деланиях, и вырабатывают в себе созерцание. Но деятельность и после сего не прекращается, только уступает первенство созерцанию… Созерцание выше: ибо оно есть предначатие будущего блаженства, а мы и живем здесь для того, чтобы приготовиться к будущей жизни. (12, с. 147)
Созерцательная молитва есть высшее состояние молитвенное, по временам являющееся в избранных Божиих. (30, с. 132)
Созерцание есть пленение ума и всего сознания каким-либо духовным предметом столь сильное, что все внешнее забывается, выходит из сознания: ум и сознание уходят в предмет созерцаемый, так что их уже будто нет в нас. Вот пример: беседовал старец с учениками и остановился, стал как бы забывшись. Когда потом он пришел в себя, ученики спросили его: где он был? – «Я был, – сказал он, – на Голгофе, пред распятым Господом, – там, где была у ног Его Мария Магдалина». – Но это созерцание было только умовое. Созерцательная молитва походит на это – по забвению всего и пленению в невидимый мир. Еще пример: старец приготовил себе трапезу в обычный час и стал помолиться; но восхищен был в созерцательную молитву и простоял в ней до следующего дня, когда пришел в себя. Отличительною чертою созерцательной молитвы св. Исаак Сирианин поставляет именно выпадение из сознания всего окружающего и пленение в горний мир. По свидетельству его, ум до сего времени владеет собою, а когда вступит в созерцание или в созерцательную молитву, тогда уже никакой власти над собою не имеет. (30, с. 44–45)
Только одна черта из высказанных Сперанским[4] кажется неистинною, или неистинно выраженною. «Форма, говорит он, созерцания моего всегда была пустотою, отсутствием всякого образа и всякой мысли». Такое совершенное безмыслие чуждо святым отцам. Они внушали все оставить, но затем, чтоб быть соединенными с Господом. Они стояли во время умной молитвы и всем советовали стоять в том убеждении, что Господь близ и внимает, то есть предстоять умно Господу и взывать к Нему: взыска Тебе лице мое, как поет Пророк, лица Твоего, Господи, взыщу. Когда говорят они, что надобно прогонять всякую мысль, то всегда прибавляли: гнать всякую стороннюю мысль. (30, с. 228)
Что касается до созерцания, то ни у одного из отцов не находим, чтобы в него можно было вступать самим, и, следовательно, делать что-либо и со своей стороны для вступления в него. Созерцание, по словам их, давалось именно тем, которые успевали уже очистить сердце свое совершенно и глубоко соединились с Господом. Из тысячи один успевает стяжать чистую молитву; а молитву духовную, или, что то же, – созерцательную, в родех и родех едва один оказывается имеющим. (30, с. 215)
Изумление, благоговейный страх, радостное Богохваление и хождение пред Богом объемлют собою по преимуществу жизнь в Боге. Это потому, что во всех них и человек сам, и всякая тварь исчезают из мысли, а созерцается один Бог… Ходящий пред Богом посвящается в ведение совершенств Божиих и всего всесовершенства и навыкает Богохвалению. Восшедший до сего еще глубже входит в Божество и стяжевает благоговейный страх. Кто же после сего возносится за все, различаемое в Боге, тот вкушает изумление. Это предел, за который уже и заходить нельзя. Кто прошел все сии степени, тот находится в блаженнейшем состоянии и прежде оного века живет в нем, переходя от изумления к благоговению, а от сего к Богохвалению, ходя, или духовно движась, как в доме каком, в Божественном лицезрении, исполненном света и чистоты пренебесной. Вот и жизнь в Боге! (6, с. 344–345)
4
Речь идет о книге святителя Феофана «Письма о духовной жизни», составленной по поводу писем графа М. М. Сперанского. – Прим. сост.