Невеста по проклятию [СИ c издательской обложкой]

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— То есть меня бы не приняли? — упавшим голосом озвучила она то, что читалось между строк.

Яркая мечта рухнула, пронзив сердце острыми осколками.

Этак выйдет, что Кристине безумно повезло стать невестой Армана.

— Я бы не был столь категоричен, — неожиданно ободрил герцог. — В числе первых в списках вас бы не значилось, но при должном старании поступили бы. Идемте!

Он зашагал к донжону. Чуть помедлив, девушка последовала за ним.

В академии было непривычно тихо: сказывались каникулы. В конце января дворы и коридоры вновь наполнялся голосами, пушистый снег притопчут. Начнется самая важная пора в жизни любого студента — сессия. Предэкзаменационная неделя миновала, осталась в прошлом году, отсеяв самых слабых. Теперь надлежало побороться за хорошие отметки по предметам, которые определяли срок обучения. В академии не тратили время на «троечников», они заканчивали курс на год раньше с соответствующей отметкой в дипломе. Остальных ожидали специальные факультативы и усиленное изучение специализации.

Однако полностью академия никогда не вымирала, даже летом. Всегда находились те, кто в силу разных причин не желал возвращаться домой, либо обивал пороги деканатов со слезными просьбами пересдать тот или иной предмет предэкзаменационной недели. Вот и сейчас заснеженный квадрат центрального двора быстрыми перебежками, уворачиваясь от снежков, направляемых из укрытия умелой рукой товарищей, периодически пересекали студенты. Ни одной девушки, сплошь молодые люди. Те, что постарше, при виде Армана притормаживали, почтительно здоровались, но новая поросль его в качестве ректора не застала и должным уважением не прониклась. Немудрено, что один из снежков в итоге угодил в спину Кристины. И если бы просто угодил — с обидным комментарием, сопровождаемым свистом: «Вали к мамке, раззява!» Арман среагировал мгновенно. Не успела Кристина отряхнуть накидку, как снежный вихрь закрутил, поднял в воздух хулиганов и швырнул под ноги герцогу. Прыти в студентах сразу поубавилось. Широко распахнув полные страха глаза, они уставились на руку Армана. Кристина тоже из любопытства глянула. Впечатлило. Жених снял перчатку, и теперь над одним из его перстней клубился череп.

— Мы… Мы это… Мы ее за другую приняли! — не с первой попытки выпалил главный заводила.

— За кого же?

Арман не спешил отпускать жертв, пресекал любые попытки подняться. Череп над его кольцом все разрастался, пока не зажил своей собственной жизнью, подобием негаснущего фейерверка застыл над головами проказников. Тем стало окончательно не до смеха. Хулиганы запоздало поняли, что наткнулись вовсе не на преподавателя в сопровождении завалившей предэкзаменационную неделю первокурсницы. Тот, кто подогадливее, даже вспомнил имя герцога, ткнул приятеля в бок и сбивчиво зашептал: «Рувель, Арман Рувель!»