Я стираю свою тень - 3

Рубкой оказалось тесное помещение, рассчитанное на двоих.

— Почему она такая маленькая? — Поинтересовался я, застряв в дверях.

— Рубка изолирована от всевозможных видов излучения, чтобы мысленные приказы не сбивал шум. Управление кораблем требует предельной концентрации внимания и чистоты мысли.

— Ясно. С кораблем, как с человеком, грязные мысли могут завести совсем не туда, куда надо.

— Совершенно верно. — Подтвердил мои выводы Броай. — Летел к звезде, а пропал в пиз… в черной дыре. Вообще суда редко управляются двумя капитанами, но у нас с Клотис полная совместимость на ментальном уровне. Мы действует, как одно целое во всем, что касается управления кораблем.

— Это здорово. Вы могли бы стать прекрасной парой в более широком смысле. Управлять семейным кораблем с кучей детишек-пассажиров на борту. — Намекнул я им на то чем можно заняться на Земле.

— Дети, бэээ, ужас. — Клотис высунула язык как при рвотном рефлексе. — Ни за что.

— Нам пока рано думать об этом. — Броай пожал плечами.

— Сколько лет вам, если не секрет? — Поинтересовался я.

— Пятьдесят шесть. — Не задумываясь ответил Броай.

Клотис не стала отвечать.

— Ничерта себе. В таком возрасте у землян уже внуки давно и самое время задуматься о вечном.

— А что ты нас с собой равняешь? Вы же как животные, скорее дать потомство, пока не сдохли от чего-нибудь. У нас подход к детям иной, осмысленный. — Клотис выбрала тон, как завуч на линейке. — Они должны быть желанными и к месту, а не так, чтобы настрогать их, а потом планировать свою жизнь, подстраиваясь под их нужды.

— Согласен, не с животными конечно, но разумное зерно есть. Но пятьдесят шесть лет, это даже для космоса далеко не юность.

— А мне семьдесят в этом году. — Бурно заявила Клотис. — И я не чувствую потребности в детях.

— Ну, тут можно понять почему. Моя бабушка тоже больше не чувствует потребности в этом. — Наверное, не стоило поддевать ее, но я не удержался. — Семьдесят. Надо же, по земным меркам вам больше тридцати не дашь. Выглядите свежо и привлекательно. — Я решил исправить свою ошибку комплиментом.

— Так, мужчины, замолкли. — Клотис подняла руки вверх, призывая нас заткнуться.

Мы так и поступили.

— Гордей, так как вы не являетесь пилотом, не могли бы вы прекратить мысленную деятельность на время построения маршрута. — Она посмотрела на меня, как на идиота, которому надо повторять много раз, чтобы дошло.

— Я постараюсь. Только у меня есть маленькое предупреждение, если я замечу или пойму, что вы задумали что-то мне во вред, применю силу и больше не буду с вами цацкаться. — Последнее слово я произнес на русском, для пущей важности.

— Мы поняли. — Спокойно произнесла Клотис.

— Тогда, желаю нам счастливого полета. — Я кое-как устроился меж двух кресел и замолк, стараясь дышать как можно тише.

Тишина в рубке, в самом деле, была гробовая. Однажды, я лазал в пещере и там был такой момент, когда гид попросил потушить все огни и замолкнуть, чтобы послушать тишину. Тогда я понял, что у тишины есть звук, это шум в ушах бегущей по венам крови. Не думать у меня не получалось. Произвольно всплывали обрывки последнего разговора с Айрис. Зачем-то вспомнился конфликт из детства со старшим пацаном, расквасившим мне нос по пустяковому поводу. Сейчас бы я ему расквасил, ни одна реанимация не приняла бы. Вспомнилось, как отец заставлял меня держать свинью, чтобы она не брыкалась и не мешала ему ее резать. Мысли настойчиво лезли в голову, как бойцы Суворова на стены Измаила. Я старался отбиться от них, но у меня не получалось. Почему-то я забывал об этом, увлекшись очередным штурмующим воспоминанием или размышлением.