Несносный тип
- Автор: Мамбурин Харитон Байконурович
- Серия: Самый Красивый Гном #3
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Несносный тип». Краткое содержание книги:
Теперь ему предстоит пожинать как плоды своих успехов, так и новые дела, валящиеся на голову как туман во время дождя. В городе очень неприятный и тревожащий гость, у мертвецов депрессия, шерифа преследует сталкер, а у местного иномирового монстра неприятный период взросления. Но главное — кто-то украл яйца.
И вот это действительно серьезно.
— Не забудь, что я тебе сказал в самом начале — ты арестован, — строго напомнил я Волди, — Можешь спокойно бегать от Злюки по крепости или жаловаться нам, если будет доставать.
Кот, который, наверное, никогда в жизни еще не выглядел таким откормленным, причесанным и довольным, со всей страстью закивал головой.
— Охренеть, — часом спустя выдал я, выглядывая в окно, — Просто встать и…
— А ты думал, — ехидно хмыкнул притулившийся рядом Эджин, которому я, из-за тесноты от шмоток, народа и стволов, едва ли не на колени залез.
Было от чего поражаться нецензурно. Внутренний хайкортовский состав медленно набирал скорость, позволяя нам с очень удачного ракурса насладиться плодами трудов желтоглазых трудоголиков. Новый район, тот, что позволит Пятну превратиться в Каплю, уже был почти достроен!
…отличался он солидно. Сплошь огромные капитальные здания, слегка поблескивающие под лучами солнца. Здоровенные, с уникальной архитектурой, минимум в три этажа, они ни разу не выглядели жилыми. Музеями, дворцами, крепостицами или еще какой ересью, но ни у кого под Пятном не было столь огромных и просторных хором. Исключая, разумеется, Ахиола, проживавшего в титаническом храме-мэрии. Взглядом я поискал новую больницу, но так её и не обнаружил. По размерам каждое второе здание походило на лечебницу.
Впрочем, я быстро вспомнил, что желтоглазые не могут находиться под солнцем, а значит — они поднимали сначала верхние каркасы зданий, а теперь занимаются внутренними зонами строений. Но всё равно, такой результат менее чем за месяц? Потрясающе.
Крепость нас встречала, будучи практически пустой. Срочность мобилизации и вызова мы увидели прямо в ангаре, где останавливался «внутренний» поезд Хайкорта, именно там ровными рядками лежали более сотни желтоглазых, совместно решивших, что пуля в череп — идея замечательная и своевременная. Вспоминая истории из своего мира, я неуверенно предположил, что в ряде случаев, тяга к самоубийству может распространяться как эпидемия. Судя по тому, какие взгляды на своих собратьев кидали оставшиеся функционировать, я уверенно предположил вслух, что озаботиться защитой апартаментов нужно будет всерьез. Не так страшно, если себе мозги вышибут, а если нам?
Особенно мне, как виновнику комы Купели.
Однако, местные выжившие на меня отреагировали слабо, точно также, как и на высаживающийся из поезда народ. Они смурно сидели, изредка перебрасываясь между собой парой слов и без всякого интереса наблюдали, как гражданские вламываются, вбегают, входят и вползают на их территорию. Вурглас негромко посоветовал их не трогать — работа в крепости у желтоглазых сводилась целиком и полностью к караульной службе, а значит во многом была похожа на безделие, от которого с паническим страхом бежали городские. Этим парням бежать можно было только на другой свет.
С расположением проблем не возникло, с питанием и водой тоже. Крепость изобиловала просторными одинаковыми помещениями, часть которых была заставлена простенькими койками желтоглазых, а часть и вовсе пустовала. Нас же, «адекватных и лояльных», было не более трех десятков душ, причём все, кроме Рейхгардена, относились к живым. Заняв одну из здоровенных комнат рядом с арсеналом, я претерпел короткий и бурный спор с оружейником, который всё-таки меня додавил, чем и определил своё место жительства в самом арсенале. Натравив девушек и животных на мойку помещения, я выругался на не работающие коммуникации, чем и пошёл озадачивать низкого, но очень широкоплечего Уинстона.
Вместо молчаливого механика меня попыталась озадачить Пенелопа, я озадачил её в ответ таким же матом, даже покрепче, а затем, взвинченный визгливым и стервозным голосом хромой дурынды-диверсантки, невесть за какие услуги выпущенной из тюрьмы и больницы, попёрся нагибать всех невиновных и непричастных, что толпились в коридорах, потерянно блея и стукаясь саквояжами. Народ на меня сначала изволил бухтеть, но после демонстрации левой руки, сплошь увешанной выданными мне контрольными браслетами нежити, проникся и приступил к освоению территорий.
Первым же делом после наведения суеты у меня стал поход к безразлично сидящим «старожилам». От них я, вместе с братьями Трайкерами, изыскивал мудрости о том, как устроены наблюдательные гнёзда крепости. Выставить смены на эти самые гнёзда было самым актуальным в наших реалиях делом. Второе было куда сложнее — на специально выделенных балконах этажей крепости были устроены артиллерийские и противовоздушные орудия. Часть из них требовала обслуги. Всех из них требовали обслуживания. Здесь пришлось идти молиться на Рейхгардена, который, бросив возиться с обустройством своего верстака, зацепился языками с другими желтоглазыми. Проходя через час мимо их компании, я отметил разительно ожившие физиономии солдат, оживленно спорящих с невероятно сварливым гномом, от чего решил, что Теодор теперь у нас духовник.