Боги Авроры

— Охренеть вообще, элитный район, а они тут гранатами глушат. Может, еще и гранатомет там есть?

— Сложно сказать, комнату нашли странную, но пока не вскрыли еще.

Я похолодел. Даже не от звука голоса и шагов за кустами, которые раздались совсем рядом, а от мысли, что говорят про Нику. И про ту самую злосчастную гранату, которую я спрятал в цветочном горшке. Прикрыл лицо руками, стал тереть глаза и виски и, не открывая рта, тихонечко застонал.

Шаги отдалились, «прокуренный» добрался до шеф-повара и стал его допрашивать, слышно было плохо и пришлось немного сместиться к самой границе кустов.

— Я был на кухне, когда раздались выстрелы, — голос шеф-повара дрожал, но говорил он довольно четко, — я не знаю, что было с ребятами в гостиной, к нам ворвались люди в черном, согнали девочек на кухню. Они искали фрау Аннелису. Один бугай ударил Марику, это наша горничная. Не знаю за что, может ответ не понравился. Я попытался заступиться, но, как видите, не смог ничего сделать. А вот Ника…

— Кто такая Ника? — перебил повара полицейский.

— Простите, да. Ника — это Вероника Алексеева, воспитанница Аннелисы. Гостит, ой, то есть гостила в доме. Боюсь, это единственное, что я могу сказать про нее. Возможно, девочки знают больше, — повар с трудом показал рукой в сторону горничной.

— Уточним, что было дальше?

— Да-да, когда я отвлек нападавшего, ну то есть, когда меня ударили, а второй пытался схватить Нику, кричал, что она поедет с ними, но она вырвалась и выбежала из кухни. Побежала в сторону игровой. А потом раздался взрыв, вернулись люди в черном. Они несли раненого, а нас закрыли в кладовой и велели сидеть там два часа.

— Шеф, там собака мертвая, — со спины зазвучал новый голос, — Застрелили.

— Осмотрите все получше, может, еще что найдете. И дуйте на КПП, надо показания взять, как при такой охране они все профукали.

Надо валить. Как ни было тошно от мыслей о Нике и моем невольном участии в событиях, нужно было уходить. Доказать или чего-то добиться при встрече с полицией я не смогу, пусть это и не Французская глубинка, где можно копами крутить как хочешь, но уверен, что у Найтгарда везде найдутся люди.

Я бросил последний взгляд на тела, и аж задрожал от нахлынувших мыслей. При всем своем уродстве Уокер такого не заслужил. Двадцать лет ждать встречи с дочерью, а вышло все вот так. Он с ней даже поговорить не успел. Он же даже не знает еще.

Выбирался через соседей, переживал, что заметят меня с балкона, куда набилась куча пьяного народа, один даже чуть не свалился, когда пытался разглядеть что-то за деревьями. Бухла и зрелищ, и ведь особенно интересно, что там у соседей произошло. На лужайке перед домом тоже были люди, точнее парочки — какой-то парень что-то шептал девушке, та смеялась в ответ, еще двое присели на лавочке и целовались. Несколько человек курили под балконом, но смотрели вверх, обмениваясь пьяными шутками.