Избранная для Лорда

Мысль, что за моей спиной стоят друзья и любимый, придает мне уверенности, и я делаю шаг. Сухая ветка кустарника розы хрустнула под ногами, но больше ничего не произошло. Я двигаюсь уверенней по каменной дорожке, прямиком ко гробу. В последний момент оборачиваюсь, не поджидает ли меня кто. Стекло (или это хрусталь?) слабо мерцает, а под ним покоится совсем молодой юноша. Да, именно такого я видела в отражении Источника, именно его лицо помню до сих пор. Только вживую Ферр выглядит еще моложе; по расслабленной позе хочется думать, что он спит. Но разве ж в гроб кладут спящих?

Выдыхаю и протягиваю руку, дотрагиваюсь до мерцающего стекла. Вдруг меня как током прошибает, а мир вокруг меняется.

Я стою в склепе, мрачном, сером. Посреди стоит гроб с той же стеклянной крышкой, а возле него — статный мужчина, с опущенным плечами. С ужасом узнаю в нем отца Ноя и Ферра. А я… я как будто погружаюсь в происходящее, как будто смотрю фильм.

— Не переживай, — шепчет голос. Он как будто везде, а может, только в голове. — Ты все делаешь правильно.

— Что еще нужно сделать, чтобы это прекратилось? — Нафанаиль Вариэра стоит над стеклянным гробом своего младшего сына и с печалью смотрит в милые черты его мальчика.

— Ничего, только ждать. Скоро мое сокровище, мой магнит для высших, прибудет сюда в компании мага третьего уровня. Когда мы встречались с моей крошкой, она уже оставила след на двух высших, я почувствовал это. Так что, я уверен, к моменту ее прибытия я увижу следы еще очень и очень многих. Я найду каждого и уничтожу.

— И тогда моему королевству ничто не будет угрожать? — с надеждой спросил лорд.

— Ничто, поверь мне. Я же обещал тебе. Как только мой дух завладеет телом прекрасной белокурой рабыни, я поддержу твое царство.

— А если не получится? Мой сыночек…

— Он жив, просто блуждает в теле крысы. Ему полезно научиться жизни, чтобы быть достойным принцем.

— Ох, Луст, больно ты много знаешь, — сокрушенно восклицает лорд. В его горле замер комок.

— Я знаю достаточно. Как только мою родину разорили, я вынужден был скитаться. Я прислуживал всю жизнь, терпел, когда на меня смотрели свысока. Но теперь все изменится. Мы будет соратниками, так ведь?

— Конечно.

— Ты не потерял семью, они просто спят, — успокаивает голос. — Они будут рядом с тобой, когда ты, лорд, восстановишь Аль-Солу и позволишь ей быть такой, какой она должна была быть.

— Но как я заставлю волю этой девушки подчиниться?

— О, это тебя не должно заботить. Предоставь это мне…

Резко отдергиваю руку от гроба, но понимаю, что поздно. Рядом со мной вырастает худой высокий мужчина с бледным лицом и огромными злыми глазами.