Электронная книга - «Тим Бёртон: Интервью: Беседы с Марком Солсбери». Краткое содержание книги:
Настоящий сборник представляет собой перевод самого свежего, третьего издания книги бесед Тима Бёртона с его старым другом Марком Солсбери, бывшим редактором лондонского журнала «Empire» и автором ряда популярных киноведческих книг (например, «Под маской: Секреты голливудских изготовителей чудовищ»). Сборник предваряется двумя предисловиями Джонни Деппа — еще одного старого друга, именно от Бёртона получившего «звездный билет» в «Эдвард Руки-ножницы» и только что блеснувшего в шестой их совместной работе, киноверсии мюзикла «Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит» (2007).
Это ужасно: ты думаешь, что над чем-то работаешь, а на самом деле — ничего подобного, и в конце концов понимаешь, что результат — куча мусора, одни бесконечные совещания, работаешь словно в вакууме. Хорошо, если ты трудишься, чтобы изменить ситуацию к лучшему, но совсем иной коленкор — когда просто крутишь колеса впустую. Замечательно, если что-то удается сделать, когда же результат долгого и упорного труда нулевой, чувствуешь себя ужасно. Ведь я впрягаюсь в эту лямку, чтобы создавать фильмы, а не просиживать штаны на их дерьмовых совещаниях. Радость часто именно в самом процессе «делания», а я провел целый год ничего, по существу, не делая.
В 1997 году Бёртон опубликовал книгу «Печальная кончина Мальчика-Устрицы и другие рассказы» — сборник из двадцати трех иллюстрированных историй в стихах. Среди названий рассказов стоит упомянуть такие, как: «Любовь Мальчика-Тростинки и Девочки-Спички», «Девочка, превратившаяся в кровать» и «Дынная голова». Это типично бёртоновские по тону и содержанию истории, в которых он вновь сумел передать боль и муку подростка-аутсайдера в восхитительно смешной и одновременно слегка жутковатой манере, «изысканной, но при этом по-детски непосредственной», по словам «Нью-Йорк таймс».
Это всего лишь небольшие вещички — истории для современного человека, внимание которого трудно привлечь надолго. Но мне они доставили много радости: по счастью, я писал «Мальчика-Устрицу» в период работы над «Суперменом», и книга стала для меня своего рода отдушиной. Я писал ее долго, и из нее каким-то странным образом можно понять, что я думаю о тех или иных вещах. Это некий мимолетный взгляд на мою манеру мыслить. Кроме того, написание книги стало успокаивающим упражнением дзен-буддистского толка. Она помогла мне сосредоточиться, хоть немного сконцентрировать свои мысли, пребывавшие в полном разброде. Важным для меня также оказалось общение с Лизой Мари, ее влияние на меня было многосторонним.
В двух рассказах описываются подвиги Мальчика-Пятнышка, супергероя-ребенка, чей «дар» — оставлять за собой грязные следы, куда бы он ни шел. Он носит плащ с буквой «S» на груди — явный намек на другого, гораздо более известного супергероя.
Мальчик-Пятнышко — один из моих любимых персонажей, в какой-то мере он идеально воплощает все, что было связано в тот год с Суперменом, во всяком случае, он верно передает мои тогдашние ощущения. Если кто-то захочет узнать, каким был для меня тот год, ему достаточно прочитать рассказ — лучшего описания он не найдет нигде.
Бёртон не только искусный художник и иллюстратор — в сферу его интересов входит также и фотография. Он работает в самых разных форматах: от обычной тридцатипятимиллиметровой пленки до 3D-камеры и поляроида очень большого размера.
Именно так мне нравится работать и обдумывать разные идеи. Люблю создавать визуальные образы: они глубже врезаются в подсознание и поэтому для меня являются более подлинной эмоцией, чем та, что возникает в мозгу в ходе размышлений. Предпочитаю или набросать рисунок, или сделать фотографию Лизы Мари — возникает некая визуальная концепция, которую можно противопоставить интеллектуальной.
На большинстве фотографий, сделанных Бёртоном, присутствует Лиза Мари, его подруга на протяжении восьми лет.
Когда я познакомился с Лизой Мари, то ощутил, что связан с ней сильнее, чем с кем-либо ранее; наверное, это химия. Мы веселились вовсю: отправлялись в автомобильные поездки, снимали все подряд, бродили, как цыгане. На некоторых фотографиях запечатлены какие-то причудливые растения и животные, которых мы смастерили, но на большинстве снимков — она. Здорово, когда рядом любимый человек, ведь я чуть ли не всю мою жизнь был сам по себе.
Лиза Мари, муза Бёртона, сыграла Вампиру в «Эде Вуде»; увенчанную массивной прической бессловесную марсианку с неизменной жвачкой во рту, которая проникает в Белый дом («Марс атакует!»); и мать Икабода Крейна в «Сонной Лощине».
Когда мы вместе, можем и подурачиться. Это случается непроизвольно, с другими актерами так не выйдет. В уик-энд мы развлекаемся, примеряя костюмы, экспериментируя с гримом. Помню, как дурачились однажды: купили в Нью-Йорке дешевый парик и, прихватив с собой поляроиды, отправились в Вашингтон, где славно поработали для «Марс атакует!».
Лиза Мари сыграла в одном из самых ярких эпизодов картины. Облаченная в красно-белое платье, смоделированное самим Бёртоном, она беззвучно проскальзывает в Белый дом, жуткая до обалдения и одновременно смешная до колик, намереваясь убить президента и его жену.