Знание — сила. Фантастика (2011-2015) [компиляция]

— Подумаешь, рыжей клушей меня назвал — велика важность, — усмехнулась Тамара.

Василий слегка смутился.

— Не это главное. Мы все здесь что-то умеем, а у него один талант: дутые банки создавать, да честных людей грабить. Нам такие специалисты без надобности.

— А может быть, он еще что-нибудь умеет, — придвигаясь ко мне, предположила Наташа.

Плечом ощущая ее теплое упругое плечо, я даже захотел, чтобы у Пупса обнаружилась какая-никакая способность, но Василий не смягчился.

— Ничего он не умеет.

Как оправдывающийся двоечник, Пупс буркнул:

— А может, умею.

— Не умеешь.

— Умею!

— Что?!

Пупс затянул: «Эээ…» — и вдруг расплылся в самодовольной улыбке: — Табуретки делать!

Он не врал. Двадцать лет назад в течение целого лета вся наша деревенька, тогда еще населенная, следила за тем, как одиннадцатилетний Пупс делает табуретку. Общество помогало ему советами, но дело от этого лучше не шло. Перепорченного материала хватило бы на хорошую топку печи, а готовая табуретка подошла бы для кунсткамеры, так уродливо она выглядела. Ночью, втайне от Пупса, мой дед привел ее в божеский вид, после чего она стала хотя бы безопасной для сидения.

Тем не менее, я засвидетельствовал утверждение липового столяра. Все, будто бы только того и ждавшие, вздохнули с облегчением, а Тамара даже обрадовалась:

— Вот хорошо, табуретки нам пригодятся.

Возражать ей не стали — Пупса вроде бы оставили, но сказать об этом не успели, потому что прозвучал неведомо откуда исходящий, напоминающий комариный писк, до внутренней дрожи неприятный, громкий звук. Мы одновременно взглянули на ходики с шишками и поняли, что настало время решающего выбора. Нечистая сила жаждала человеческих душ, но собравшиеся покрепче сомкнули уста, дабы, не дай Бог, не пробормотать что-нибудь помимо своей воли. Один Пупс слегка шевелил губами, но даже он нашел в себе силы и промолчал.

Время, отведенное на произнесение рокового обещания, наверняка, давно истекло, но мы в боязни сболтнуть лишнее хранили молчание до тех пор, пока не заговорило радио. Снова послышался голос того же теневого правителя, но на этот раз он был полон гнева и досады.

— Грязные тупые ослы! Из необъяснимого упрямства вы отказались от плывущего в ваши руки блаженства. Мы могли дать вам очень много.

Теперь пользуйтесь лишь результатом собственных трудов, а работать вы не любите, да и не умеете… Глупо. До победы не хватило одного человека.

Всего лишь одного ничтожного человечишки…

Словно бы захлебнувшись, радио умолкло, а баба Тоня, кряхтя, встала:

— Чего зря сидеть? Рассвело уже — пойду козочку покормлю.

⠀⠀ ⠀⠀