Сказки жизни. Новеллы и рассказы

Но до же чего хороша она там – изящная бронзовая фигурка на изумрудной траве! Рон со стыдом ловил себя на невольном и неизменно возбуждающем любовании ею… Когда-то давно Эви вызвалась вести эти записи, ей понравилось придавать им форму коротких и остроумных рассказов о жизни и приключениях трех забавных малышей, так и повелось с тех пор, став именно ее обязанностью. А теперь она и рада бы отказаться, но двойное чувство неловкости – женская стыдливость и обязательность в работе – удерживали ее от объяснения с профессором Скоттом. А у самого профессора во время этих безобразных сцен всегда находились уместные поводы отсутствовать – дела с другими сотрудниками или он просто отсиживался у себя кабинете, за что Ронни был ему очень признателен.

Но с каждым месяцем им становилось все трудней сохранять объективность и невозмутимое спокойствие исследователей, да и просто хорошие отношения давних коллег, тем более что в этом помещении лаборатории их было всего трое. Профессор, конечно, изо всех сил деликатничал и даже иной раз пытался настроить всех на юмористический лад, но гнусность дикаря Токса наводила на тягостные размышления и вызывала такие непристойные аналогии, о которых и думать-то неловко. Двусмысленность ситуации была слишком очевидна, и напряженность день ото дня нарастала, грозя в скором времени лопнуть перетянутой струной.

Промурлыкал свою привычную мелодию таймер… Значит, время обеда, но у Рона в его подавленном состоянии даже весь аппетит пропал. Он досадливо повертел в руках баночку с капсулами любимого «барбекю» и резко отодвинул в сторону. Глотнул чуть-чуть энергетика. И снова печально вздохнув, положил в рот шарик виноградного желе, покатал задумчиво… Проверил показания климатических датчиков, потянулся в кресле и с удовольствием переключился на территорию орангутанов, а потом их соседей – носачей. Вот там все было, как изначально определено природой – бесхитростно и утешительно-отдохновенно… Длиннорукие орангутаны показывали чудеса воздушной акробатики, в бахроме развевающейся шерсти перелетая между деревьями. Задумчиво бродили после ныряния с деревьев и купания в озере меланхоличные носачи.