Черный Принц

Французское посольство, прибывшее в Авиньон примерно в середине января 1355 года, возглавляли канцлер Пьер де ла Форе и Пьер I, герцог де Бурбон. Они пункт за пунктом отвергали все претензии англичан, заявляя, что Аквитания, как и любая другая провинция, не может получить полный суверенитет: король Франции не имеет власти расчленять то самое королевство, которое он поклялся хранить и беречь в целости во время церемонии коронации. В ответ на это глава английской делегации герцог Ланкастерский вернулся на исходные позиции, в жёсткой форме потребовал для Эдуарда III корону Франции и объявил о немедленном и полном отказе от любых вассальных обязательств за занимаемые англичанами территории.

К концу февраля все формы дипломатического урегулирования были исчерпаны. Единственное, чего удалось добиться, так это продления перемирия ещё на три месяца — до 24 июня 1355 года. Затем Ланкастер со своей свитой покинул Авиньон и 28 марта вернулся в Англию. Принц был спешно вызван на королевский совет, куда явились также Жан де Грайи, капталь де Бюш, а также сеньоры Леспар и Мюсидан, прибывшие из Франции. Они приехали для того, чтобы принести королю поздравления по поводу рождения сына Томаса, а заодно обсудить ситуацию в Гиени. Члены совета приступили в детальной разработке планов на лето. План кампании почти в точности копировал сценарии 1346 года. Одна армия направлялась в Нормандию, где должна была получить поддержку от Шарля Злого, вторая выдвигалась в Гиень.

Командовать войсками с общего согласия были назначены принц Уэльский и герцог Ланкастерский. Однако к всеобщему удивлению в Нормандию король отправил Генри Гросмонтского, а в Гиень — Эдуарда Вудстокского: Ланкастер знал Аквитанию как свои пять пальцев в отличие от принца, который там ни разу не был. Но у Эдуарда III уже тогда, видимо, зрели далеко идущие планы по поводу сына и наследника.

Сам же принц, засидевшийся в Англии, всей душой рвался в поход и подгонял своих слуг, торопясь побыстрее собрать войска и припасы:

«Так как Жан, который называет себя королём Франции, нарушил договор, подписанный в Кале между королём [Эдуардом III] и французами, то по сему поводу вновь вспыхнула война. Принц молил короля позволить ему отбыть как можно скорее, ибо хотел стать первым, кто пересечёт море, и король ему это дозволил. Принц должен быть в Плимуте на восьмой день после летнего солнцестояния[56] с 800 латниками, чтобы отбыть в гасконские земли. Посему он отправляет приказ Роберту Элфорду, стюарду и шерифу Корнуолла, Джону Кендалу, здешнему казначею, Джону Скёрбику и начальнику порта Томасу — задержать все вина, которые они смогут обнаружить в городах Плимут, Дартмут, Фои и в прочих городах морского побережья Корнуолла и Девоншира, задержать 300 четвертей[57] овса и 100 четвертей пшеницы вплоть до прибытия должностных лиц принца в эти места...»33