Тихоня

— Там, в подсобке…

Он указал пальцем направление и голос его моментально стих, как только Иван Андреевич смахнул с головы капюшон и без промедления шагнул в сторону коморки. Мужчина вдруг постучался, а затем, не дожидаясь явного ответа, дернул за ручку.

— Пап? — только и услышали Аня и Кирилл, а дверь следом захлопнулась.

Вокалист вдруг обессиленно прислонился к краю сцены и потух. Вся прежняя радость словно лопнула в воздухе и испарилась.

— Что сейчас будет… — еле слышно произнесла Аня, подходя к другу и становясь рядом.

Кир ничего не ответил, только таращился на подсобку и нервно пружинил ногой. На удивление не слышалось откровенной ругани и даже повышенных тонов. Будто в той комнатке никого и не было вовсе.

— Значит, это и есть Иван Андреевич? — спросила Аня, пытаясь вывести Кирилла на разговор и немного отвлечь от безумных мыслей.

— Да, только он почему-то не орет, — с прищуром проговорил он. — Может, что-то случилось?

— Не накручивай, — одернула его блондинка. — Не думай о плохом.

— Я не могу. Когда отец Тёмы здесь это невозможно.

Парень оторвался от края сцены, нервно прошелся взад-вперед, а потом замер на месте, как только увидел отворяющуюся дверь подсобного помещения. Оттуда вышли и Артем, и Иван Андреевич. Выглядели они странно — мужчина явно был недоволен, а его сын словно подавлял улыбку, но глаза его выражали то ли испуг, то ли удивление.

Аня, высунулась из-за спины вокалиста, тихонько наблюдая за тем, как они приближаются. Иван Андреевич сильной хваткой вцепился в плечо сына и будто с чем-то поздравлял. Правда сквозь зубы.

— Ну, что, охламоны, можно вас поздравить? — наконец произнес он, вновь поворачиваясь к Артему. — Запись удалась?

Кирилл поперхнулся собственной слюной и закашлялся. Приставив кулак ко рту, он успокоился, тем не менее продолжая в непонимании таращиться на мужчину.

— Ты чего? — хмыкнул Иван Андреевич. — Давай я тебе воды принесу. Бармен…

Махнув Мише, он на секунду отлучился. В тот же момент мужчина достал из кармана куртки телефон, набирая чей-то номер.

— Какого хрена? — тихо спросил Кир.

— Отец в курсе всего, — нервно усмехнулся Ткачев.

— Откуда?

— Догадайся. От хозяина бара. Хотя нет, не совсем так. Он просто увидел в его кабинете стикер с контактами студии и названием нашей группы. Там были прописаны некоторые договоренности, чтобы не забыть. Ну, ты знаешь, как это бывает.

Кирилл ударил себя по лбу и зарычал.

— Да не грузись, — поспешил успокоить его басист. — Он… не злится.

— В смысле? — в недоверии переспросил вокалист. — По мне он все равно выглядит не очень дружелюбно.

— Да, он по-прежнему не доволен моим выбором, но теперь хотя бы видит действия, а не просто слова. Отец всегда думал, что наша группа всего лишь самодеятельность и что это увлечение скоро пройдет.

— Ты ведь был под давлением! — вдруг взорвался Кир, явно не понимая таких методов воспитания.

— Знаю. Но давай не будем критиковать моего отца. Ему казалось (и кажется до сих пор), что он ведет себя правильно. И сейчас я это четко осознаю. Он ведь просто хочет, чтобы у меня было будущее. А в его представлении — диплом и гарантированная работа все решают.