Однажды во Франции [ЛП]

— Конечно. Мне бы тоже не помешало выбраться. Я начинаю чувствовать, что меня сводит судорога до самых кончиков пальцев.

Они остановились на стоянке и вышли из машины, вдыхая аромат луговых цветов. Каждый из них снял свой микрофон, прикрепленный к поясу, и оставил его на сиденьях автомобиля. Льюис поднял руки и потянулся, наслаждаясь солнечным теплом, после чего повел плечами, чтобы ослабить напряжение, накопившееся в мышцах. Тем временем Брайони села на траву, выпрямила спину и свела колени вместе, крепко сжав их руками. Она сделала глубокий вдох, а затем, снова выдохнув, прижала бедра и колени к земле. Несколько секунд она сидела с закрытыми глазами, потом ритмично и медленно взмахнула ногами, как крыльями только что вылупившейся бабочки. Через некоторое время она выпрямила ноги. Льюис наблюдал за ней.

— Это называется поза бабочки, — объяснила она. — Также известная как «Баддха Конасана». Данное упражнение помогает при усталости, когда долго находишься в одном положении. Обычно я занимаюсь йогой каждый день, но с тех пор как мы уехали из Великобритании, я этого не делала, и мое бедро начинает ныть.

— Как ты повредила бедро? — спросил Льюис.

— Произошел ужасный несчастный случай, когда я была ребенком. Меня сбила машина, — ответила Брайони. — Больше всего пострадал таз, и была сломана левая подвздошная кость. К счастью, я была так молода — мне тогда было всего шесть лет — и смогла вылечиться. Хирурги собрали меня обратно с помощью смеси металлических пластин и винтов, и мне пришлось довольно долго использовать костыли, чтобы передвигаться, но в итоге я выздоровела. Я много лет хромала, но физические упражнения и физиотерапия помогли, и как ты видишь, сейчас я в порядке. Бедро дает о себе знать иногда. Мне кажется, что становится хуже, когда сижу слишком долго или наоборот, когда я слишком активна. Подозреваю, все дело в возрасте. Врачи сказали, что я могу заболеть артритом, когда стану старше, и сейчас я старше.

— Извини. Тебе не очень везло в детстве, да?

— Есть много людей, которым еще хуже, чем мне. Несчастный случай не имел значения, как и последующее лечение, но именно из-за него я потеряла свою сестру Ханну.

— Как же так?

— Я думаю, мои родители винили ее в том, что я попала в аварию. Я помню, как она пробиралась в больницу, чтобы навестить меня. Она выглядела напуганной, потрясенной и бледной, как привидение. Ханна изменилась за несколько месяцев после несчастного случая. Мама взяла отгул на работе, чтобы присматривать за мной, и Ханна больше не нянчилась со мной. Я скучала по нашему совместному времяпрепровождению. Ханна начала готовиться к экзаменам, поэтому всегда была слишком занята, чтобы смотреть телевизор или играть со мной. Большую часть времени она проводила в своей спальне и выходила к нам только во время еды. Она почти ничего не ела. Мама очень злилась из-за этого. Я помню, как она повышала голос, чего раньше никогда не делала. Ханна дулась и говорила, что не голодна, а мама настаивала, чтобы она поела, чтобы поддержать силы. Они часто спорили. Мама говорила Ханне, что она становится капризной маленькой мадам, и Ханна уходила в свою комнату. Ханна тайком выбиралась по ночам. Я так и не узнала, куда и зачем она ходила, и родителям я ничего не говорила об этом. Это было достаточно сложное время для нее. — Брайони помолчала, посмотрела на золотые поля, за которыми росли подсолнухи, и вздохнула.