Электронная книга - «Невеста для Карателя». Краткое содержание книги:
- Не трясись, - густой бас заставил меня вздрогнуть и встретиться взглядом с серыми глазами. – Лучше снимай этот маскарад, - Каратель указал на мое платье, - и ложись в постель. Теперь ты моя жена, Василиса. Первая брачная ночь неизбежна. Мы ведь не фиктивный брак заключили, - его тонкие губы искривились в насмешке, будто произнесенные слова были удачной шуткой.
Затолкав всю грусть поглубже в сознание, я всё-таки выбрала кроватку. Уже к вечеру она стояла в детской моего сына. Здесь всё было обустроено скромно, но уютно.
- Моя помощь еще нужна? – спросил меня Григорий, стоя на пороге детской.
- Нет, спасибо. На сегодня всё, - я благодарно улыбнулась и поправила подол своего свободного летнего сарафана.
- Если что-то понадобится, я буду на связи, - предупредил меня телохранитель.
- Спасибо.
Когда я осталась одна, то еще раз окинула внимательным взглядом детскую. В мыслях возник совершенно неуместный вопрос, как бы здесь всё обустроил сам Ставр? Мы никогда не разговаривали о детях. Да мы почти никогда нормально не разговаривали! Между нами всё неправильно началось и так же неправильно закончилось.
Крепко стиснув зубы, словно в попытки удержать в себе рвущуюся тоску, я ушла в свой кабинет, чтобы еще раз пересмотреть отчет о денежных средствах, которые я назначила в поддержку детским приютам.
Уже было давно за полночь, когда я внезапно почувствовала себя не совсем хорошо. Я решила, что просто устала и нужно лечь, поспать. Но как только я встала из-за стола, внизу живота будто выстрелила горячая тянущая боль. Я вскрикнула и согнулась пополам.
- Нет-нет, - сбивчиво прошептала я. – Только не это. Не сейчас.
Но как бы мне не хотелось, а необратимый процесс уже был запущен. Меня предупреждали, что ребенок может родиться преждевременно, но в последнюю неделю всё вроде бы нормализировалось. Я чувствовала себя скверно в основном из-за того, что адски болели поясница и ноги.
Боль была невыносимой. Схватив телефон с письменного стола, я принялась судорожно набирать номер Григория. По ногам внезапно скользнуло что-то теплое. Я вызвала телохранителя и прижалась горячим лбом к гладкой холодной поверхности стола. Нет таких слов, чтобы описать всю ту боль, что продолжала нарастать внизу живота. В этот момент мне отчаянно захотелось, чтобы Ставр был рядом. Он умел дарить своим невозмутимым видом чувство спокойствия и уверенности. Он всегда делал это тихо и эффективно.
Григорий буквально ворвался в мой кабинет. Я ничего не смогла сказать, потому что боль продолжала расти. Григорий и так всё прекрасно понял и осторожно, но уверенно взял меня на руки.
- Машину, - рявкнул он кому-то. – Поднимайте гинеколога. Служба безопасности пусть отслеживает путь. Могут быть провокации.
Я слышала голос телохранителя где-то отдаленно. Он был прав по поводу провокации, потому что последние несколько месяцев не отличились ничем примечательным. Это было затишье, затишье перед бурей.
Григорий аккуратно уложил меня в машину, а сам сел за руль. Я терпела невыносимую боль, сжав до онемения челюсти. Только бы добраться, только бы добраться… Автомобиль плавно выехал на дорогу и ощутимо быстро набрал скорость. Я полностью доверила Григорию свою жизнь и жизнь своего сына.
- Хвост, - прошипел мой телохранитель с такой интонацией, будто выплюнул ругательство.
Я ничего не ответила и вообще уже плохо понимала, что происходит. Складывалось такое ощущение, что я сейчас не принадлежу самой себе. Собственное тело казалось мне каким-то чужим и неконтролируемым. Я вдруг вспомнила свою мать… Ее размытый образ заблестел где-то на краю моего измученного сознания. Она не сдалась и родила меня. Надо же… Моя история повторялась. Если мать не сдалась, то и я не имею никакого права давать слабину.
Возникли какие-то трудности. Григорий сдавленно чертыхнулся, но продолжил уверенно вести машину. Я всеми силами пыталась остаться в реальности, но, кажется, боли во мне стало так много, что физически не получилось ее вытерпеть.
За окном уже светились яркие уличные фонари больницы, но через несколько секунд они погасли, и я перестала чувствовать успокаивающую вибрацию автомобиля под собой.
THE HARDKISS - Helpless
Я пришла в себя на несколько секунд, тогда меня уже везли на каталке. Смутные силуэты медсестры, доктора и Григория безбожно плыли у меня перед глазами. Боль продолжала выкручивать все мои внутренности. Яркий свет больничных ламп раздражал и выглядел как-то угрожающе-зловеще. Белые стены, белый потолок… Меня вдруг напугал этот цвет, будто он мог быть предвестником беды.
- Василиса, вы слышите меня? – где-то эхом зазвенел у меня в голове голос доктора.
Губы онемели, и я не смогла выдавить из себя даже краткое «да». Сил хватило только едва заметно кивнуть. Мне было больно и страшно. В затуманенной голове истерично билась лишь одна мысль – мой сын должен выжить. Он должен жить! Он должен родиться!