Дракон и солнце 2. Снег к снегу (СИ)
- Автор: StarGarnet
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Дракон и солнце 2. Снег к снегу (СИ)». Краткое содержание книги:
Но в деревне дед останавливаться не стал. Вместо этого он потащил всю компанию к кургану Погребальный Огонь и повелел довести их до драконьей стены.
- Кан, - довольно сказал старик, глядя на царапки. - Ну, хоть что-то здесь есть хорошее, в этом богомерзком месте. Садись на пол, - обратился он к Джону, указав на середину пространства перед стеной, и поставил перед ним горшок. - Хватит таращиться. Удивляешься, зачем он? Сейчас узнаешь.
Седобородые окружили Сноу с четырех сторон, рассевшись на расстоянии нескольких шагов от него, подобрали под колени полы своих монашеских одеяний и сосредоточились. Вертя в руках пустой горшок, Джон краем глаза видел, как девушки устроились в отдалении и Арья уже потянула из мешка какую-то еду. Страшненький Призрак сидел рядом с ней, внимательно наблюдая за происходящим.
Некоторое время монахи сидели молча. В тишине раздавалось лишь деликатное почавкивание Арьи и тихий плеск воды под мостом, а Джон чем дальше, тем глупее себя чувствовал. Но прежде чем ситуация стала совсем уж неловкой, монахи, не раскрывая ртов, завели одну низкую горловую ноту, пещеру прохватила дрожь, а Сноу заскучал по недавней тишине.
Тягучее пение стало громче, напористее; звуковые волны накатывались на Джона с четырех разных сторон, и алтарная кровь, до того покоившаяся в его груди, как ком застывшей смолы, пришла в движение. Сказать, что это было неприятно - все равно, что ничего не сказать. Первый, но явно не последний сгусток подкатил к горлу, протиснулся наружу, шевелясь и дергаясь, как умирающая крыса, и наконец плюхнулся в горшок, над которым Джон еле успел наклониться, когда спазм скрутил его в бараний рог.
Глядя на все это, Арья вспомнила, как однажды слишком напилась и вот так же обнималась с ведром где-то в подсобке. Аппетит у нее как-то сразу исчез и она тихонько сунула недоеденный кусок хлеба в карман.
Джона продолжало выворачивать. Легкие горели, ходили ходуном, освобождаясь от постылой пробки, хотелось выдернуть их наружу вместе со смолой и забыть все это, как страшный сон. Но монахи неумолимо выводили свою ноту, то понижая, то повышая тон, и пытка продолжалась, падали новые сгустки и тянулись вниз клейкие багровые нити.
Наконец Седобородые умолкли и Джон свалился на пол, слабой рукой обнимая горшок.
- Что, все? - подскочила Серана, но Арнгейр умерил ее радость:
- Какое там все. Пусть передохнет немного.
Услышав такое, Джон не сумел сдержать плаксивого стона - и понял, что воздух наконец-то начал проникать в легкие. Бросив случайный взгляд в сторону, он увидел возле девушек настороженного, взволнованного Призрака - все еще зубастого и в проплешинах, но словно бы чуть поглаже, попушистее…
На душе сразу стало веселее и, когда короткая передышка кончилась, он вернулся к горшку даже с энтузиазмом. Теперь он уже мог кашлять и дело пошло чуть быстрее - хоть и не так быстро, как хотелось бы.
Емкость постепенно заполнялась. Немаленький горшок уже залило кровавой жижей до середины, и в свете вечного факела на стене Джон видел там мутное отражение своих красных глаз. Сгустки становились все меньше, легкие заработали почти в полную силу и наконец изо рта стали падать последние капли, уже не такие тягучие, а вполне обычные, красные и жидкие.
- Вот теперь хватит, - сказал Арнгейр.
- Но там же еще капает, - засомневалась Арья.
- Это просто кровь, я даже отсюда чую, - объяснила Серана, глядя, как Джон распрямляется и садится на пол.
Арнгейр посмотрел на него с сочувствием, а потом спросил:
- Ну что, полегчало?
Джон кивнул и проскрипел:
- Спасибо…
- Обращайся, - довольно ответствовал старик и распорядился: - А теперь отойди, нам еще эту пакость убирать.
Джон откочевал к девушкам, которые усадили его между собой и начали наперебой предлагать то водичку умыться, то платочек утереться, а Седобородые между тем занялись ликвидацией опасных отходов.
- Йоль Тор Шул! - выкрикнули они с четырех сторон, и бедный горшочек испепелило под четырьмя струями жаркого огня. Кровь зашипела, корчась почти как нечто живое, и исчезла, не оставив после себя даже золы.
Когда они покинули курган и вышли в глубокую ночь под звезды, Джон глубоко вдохнул свежий ветер, летевший с гор, и почувствовал, как вместе с воздухом в него входит жизнь, а в душе растет умиротворение - и желание сладко-сладко вздремнуть.
- Ишь, сомлел, - обрадовался Арнгейр, глядя, как Джон с блаженной улыбкой покачивается и бессмысленно озирается по сторонам. Серана заботливо подперла его, не давая сползти в траву, и вдруг подумала - как бы это не оказался последний раз, когда она может вот так спокойно, не вызывая подозрений, лапать его руками и делать вид, что это исключительно дружеская помощь.
Они так недавно познакомились и за это короткое время столько всего успели пережить, что она и сама до конца не понимала, кто он для нее - новый знакомый или старый друг. А с учетом того, что большую часть этого времени бедняга поневоле молчал, побольше узнать о нем и его жизни у нее просто не было возможности.
Но в Убежище, пока Сноу злился на сестру за все ее выходки и вранье, а потом уполз в темный уголок отсыпаться, она наконец-то смогла расспросить Арью о том, что волновало ее больше всего…
Ну конечно, горько думала Серана, а на что она надеялась? Что такой вот Джон до сих пор остается бесхозным и никто не прибрал его к рукам? Держи карман шире. У Довакина, как выяснилось, имелись не только три замка “очень далеко отсюда”, но и гражданство в другом мире, и королевство, требовавшее внимания, и, разумеется, горячо любимая и глубоко беременная жена.
Комментарий к Глава 20. Паломничество по местам святым и не очень
Продолжение будет в январе, всех с наступающим Новым Годом!
========== Глава 21. А между тем в Вестеросе - 2 ==========
Лошадка ступала по хрупающему снегу так деликатно и бережно, словно разнашивала новые бальные туфли. Фиалка была кобылой спокойной и воспитанной, разве что чуть пугливой - лошадь для настоящей леди. Санса покачивалась в седле, глядя на запорошенный спящий лес, над которым мигали в сине-сиреневом небе первые звезды, и думала о том, что быть леди ей опротивело. Не то чтобы ее, как Арью-надоеду, влекли дикость и приключения, но и следовать привычным путем, облачаясь каждое утро в доспехи веживости, элегантности и терпения, ей тоже стало не по силам.
Стража отговаривала ее выезжать за ворота, говоря, что дня осталось мало, а лес, по слухам, неспокоен, но Санса уперлась, повелела подать ей лошадь и, не желая больше слышать никаких возражений, уехала одна без шапки в синеющий вечер. Этот маленький бунт, учиненный ею не столько против заботы стражников, сколько против собственных принципов, немного согревал несчастное сердце - но лишь немного.
Дейенерис, несмотря на свой неохватный живот, еще утром улетела в Королевскую Гавань. Этот огромный город, вечно ждущий оказии взорваться, словно котел Дикого Огня, неустанно требовал внимания, и Дени, поворчав для порядка, заползла на шипастую спину своего исполинского детки и унеслась прочь. Зная нрав драконьей королевы, Санса не сомневалась, что кто бы ни был зачинщиком безобразий в столице, уже этим вечером они раз и навсегда научатся отличать доброе от дурного. Некоторые, возможно, посмертно.
Мне бы такую страсть, думала Санса, мне бы ее волю и веру в то, что этот мир действительно можно сделать лучше. Что проку стараться ради тех, кто сами ради себя не хотят постараться? Кто вечно ждет у кормушки, разинув рты, как жадные птенцы с круглыми злыми глазами? Что же это за люди, если понять добро они способны лишь тогда, когда над головой занесен меч?