Я начинаю жить
- Автор: Янг Энни
- Серия: Ошибаются все #1
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Я начинаю жить». Краткое содержание книги:
Алекс интересуется книгами и проводит уютные вечера в компании приятных людей. Но при всем этом она называет свою жизнь скучной и однообразной, потому ее любопытство — это главный источник новых впечатлений и ощущений, а заодно и проблем.
Но повседневность ушла, когда она встретила ЕГО, своего нового преподавателя, которому Алекс протянула свое сердце, если не с первой встречи, то с четвертой или пятой точно… Преподаватель и студентка — возможно ли? И не совершит ли вновь она ошибку, чьи последствия на этот раз будут необратимы? Возможно, эта ошибка будет стоить чьей-то жизни?
И, наконец, шестая, выполненная в стиле ретро. Всё такое старое, как в музее: печатная машинка на одном из деревянных столиков, потертые стулья, музыкальный проигрыватель в углу, черно-белые фотографии на тусклых стенах, старое прогнувшееся кресло, старый проектор — по словам Игоря, рабочий. Он говорит, что в детстве бывал здесь вместе с бабушкой и дедушкой — конкретно в этой комнате они были увлечены просмотром фильмов, — которые поддерживали дружеские отношения с Николаем Геннадьевичем, владельцем дома. Таким образом я и поняла, откуда он знает об этом удивительном месте.
Подхожу к столику и беру в руки какой-то пыльный книжный экземпляр с пожелтевшими страницами, да и обложка кажется желтовато-коричневой — не очень-то привлекательная на вид книженция. Жаль, здесь всё на английском, а с ним я не очень дружу. Конечно, я знаю несколько английских слов, но их тут практически нет. Местоимения, союзы, артикли, пару знакомых фраз не в счет. Разве возможно связать все эти обрывки, лишенные смысла, так, чтоб вникнуть в суть предложения? Думаю, что нет, во всяком случае такой способностью и логическим мышлением я не обладаю. Кладу книжку на место, не имея возможности понять, о чем она.
— Игорь, как часто ты здесь бывал? — спрашиваю я, разглядывая коллекцию виниловых пластинок, стоящих на полке. Бросаю короткий взгляд на старый проигрыватель, скучающий на одном из столиков.
Игорь задумчиво щурит глаза и, усмехнувшись своим собственным воспоминаниям, негромко отвечает:
— Я почти каждое лето гостил у бабушки с дедушкой. Они приводили меня сюда, и мы смотрели старые фильмы. Тогда мне казалось это занятие крайне скучным, ведь мне часами приходилось сидеть в компании старичков и слушать их рассуждения по поводу очередного фильма, но сейчас, приехав сюда, хочется включить эту рухлядь и снова окунуться в прошлый век. — Он принимается обследовать кинопроектор. — Надо же, я не был здесь уже лет… пятнадцать.
Интересно, почему он не приезжал сюда больше?
— И тебе никогда не хотелось сюда вернуться? Пятнадцать лет — это довольно долго.
— Наверное, я просто забыл об этом месте… — На какое-то время Игорь уходит в раздумья, сосредоточив взгляд на одной из тех вещиц, что намертво пригвожденные висят на стене. Вынырнув из мыслей, он продолжает: — Ну так как? Согласна погрузиться в мир черно-белого кино вместе со мной?
— С превеликим удовольствием, — улыбаюсь я. — А ты умеешь, то есть помнишь, как его включать? Просто я в таких вещах не разбираюсь. Тем более, что я вижу-то такое в первый раз в своей жизни. Всё такое старое и… хрупкое.
— Здесь нет ничего сложного. Да и пленка здесь уже стоит.
Игорь подходит ближе к приборам и моментально одним движением пальцев выводит картинку на экран.
— Надо же, не думала, что это так просто.
— Так, давай подберем подходящий фильм, потому что, на сколько я помню, этот — скука смертная, — кривится он, внимательно глядя перед собой, на большой экран.
Бросает взгляд на одну из коробок, стоящих на деревянной полке, на ту, на которой указано «1960–1970 год», и направляется к ней. Достает эту массивную картонную коробку и ставит на стол, принимается что-то в ней искать, перебирая кинопленки одну за другой. Молча подхожу и с любопытством заглядываю внутрь: груда пленок, сложенных друг на друга. Наконец, Игорь достает одну из самых глубин коробки.
— Вот, посмотрим эту. Не помню, как она называется, и надпись стерта так, что не разобрать. Но ее любила бабушка, пересматривала десятки раз, если не больше.
В ответ я лишь улыбаюсь.
— А как ты понял, что это она, та самая пленка?
— Вот взгляни сюда. — Игорь пальцем указывает на затейливую закорючку — надпись какая-то: не то буква, не то цифра, не то клякса-завитушка без особого смысла.
— И что это?
— "УЖ". Я полузасохшим маркером налепил в детстве, пока никто из стариков не видел.
— И зачем же?
— Хотел пометить УЖасный фильм, — улыбается Игорь.
— Мы будем смотреть ужасный фильм? — посмеиваюсь я.
— Нет, он не ужасный. Но в детстве он казался мне таковым. Я его люто ненавидел: бабушка постоянно просила Николая Геннадьевича поставить именно его, отчего я дико злился и терпеть не мог эту пленку.