Сам себе клан
- Автор: Мусаниф Сергей Сергеевич
- Серия: Сам себе цикл #1
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Городское фэнтези
Электронная книга - «Сам себе клан». Краткое содержание книги:
Также ходили слухи, что именно с этим талантом великого князя может связано удивительное долголетие императора. Сам Меншиков эти слухи не поддерживал.
Но и не опровергал.
Разумеется, у его силы было и военное применение, пусть и не такое эффектное, как у некоторых других родов, и, поскольку за его кланов помимо военной и экономической мощи стояли давние дружеские связи с домом Романовых, Меншиков по праву считался вторым человеком в империи.
Кое-кто был склонен считать его и первым, поговаривая, что судьбоносные решения он нашептивает Романову на ухо во время процедур по замедлению старения, и, разумеется, Меншиков эти слухи не поддерживал.
Но и не опровергал.
Он просто делал вид, что их нет.
— Интрига куда серьезьнее, чем я думал, — сказал старый князь. — Это не проделки давних врагов, не очередная возня благородных семейств, за этим стоит что-то большее. Возможно, саму империю ждут перемены.
— Перемен, — сказал Ломтев. — Требуют наши сердца.
— Это что еще за чушь?
Ломтев даже не стал пытаться объяснить. Но если за грядущими переменами будет стоять кто-то вроде великого князя, это явно не те перемены, на которые рассчитывала потенциальная аудитория песни.
Если бы в этом мире вообще была такая песня. Но наверняка что-то подобное есть, ведь запрос сущесвтует.
В такой политической ситуации его просто не может не существовать.
— Возможно, вам не помешают перемены, — сказал Ломтев просто для того, чтобы хоть что-то сказать.
— Империи не нужны перемены, — заявил старый князь. — Ей нужна жесткая рука, и у Петра она именно такая. Врочем, я могу и заблуждаться. Всю жизнь я старался держаться подальше от политики, а когда задумал вмешаться, то кончилось сие вмешательство вот этим.
И старый князь пронзил свою грудь собственной рукой, наглядно демонстрируя Ломтеву свою призрачность.
— Кстати, об этом, — сказал Ломтев. — Что вы не поделили с сыном?
— Я не хочу об этом говорить.
— Но больше мне спрашивать не у кого, — сказал Ломтев. — Вряд ли мы с ним сядет где-нибудь на диванчике и, распивая крымское вино великого князя, предадимся совместным воспоминяниям о том памятном дне, когда он выжег тебе энергетические каналы, ли как ты там это называешь. А эта информация важна для моего выживания. Для нашего с тобой общего выживания, если что.
На эту тираду старый князь только махнул рукой.
— Я все равно уже мертв, — сказал он. — Так что мои разногласия с сыном останутся только между мной и сыном.
— Он хотел перемен, а ты уже тогда знал, что они не нужны? — попробовал угадать Ломтев.
— Изменения в империи могут происходить по воле только одного человека, — отрезал старый князь. — Все остальное — это государственная измена.
— Парадокс вашей вертикали власти заключается в том, что центр тяжести не может находиться на самой вершине, — сказал Ломтев. — И особое искусство — убедить всех, что он именно там.
— Ты сам хоть понял, что сейчас сказал?
— Конечно, — сказал Ломтев. — Вы всеми своими силами пытаетесь остановить истррические процессы, но у вас получается только замедлить этот поток, и он все равно снесет вас, рано или поздно.
— Думаю, что если и случится то, что ты пророчишь, скорее, это будет поздно, мы с тобой уже не застанем, — сказал старый князь. — Да оно и к лучшему. И вообще, это смешно. Два покойника рассуждают о мироустройстве…
— Я все еще жив, — сказал Ломтев.
— Это ненадолго, — заверил его старый князь. — Если ты сам не свернешь себе шею и тебя не прикончит интрига Меншикова, это сделает мой сын. Он не и тех людей, кто будет терпеть унижения от тебя-меня…
— Разве ж это унижения? — удивился Ломтев.
— Ты расколол его дом, забрал его деньги и выставил его не в лучшем свете, — сказал старый князь. — В молодости я убивал и за меньшее. Гораздо меньшее.
— Странно, что вы вообще еще не вымерли, — сказал Ломтев. — Хотя обвинить вас в недостатке старания, видимо, никто не сможет.
— А что, мы тебе не нравимся? — усмехнулся старый князь.
— А кому вы вообще нравитесь? — поинтересовался Ломтев. — Тем, кого вы называете простолюдинами? Вы и сами себе не нравитесь, иначе бы так глотки друг другу не рвали.
— Это естественный процесс, — усмехнулся старый князь. — Выживает сильнейший, иерархия выстраивает себя сама. Нам дана сила, которая позволяет нам выбирать путь для себя и для остальных, которые, из-за своей слабости, глупости или слепоты, не могут сделать этого сами.