Электронная книга - «Сосед сверху, сосед снизу». Краткое содержание книги:
Глаза девушки вспыхивают, как и всегда, когда Эрик начинает говорить ей пошлости, но съязвить ничего в ответ она не успевает — его ладонь проскальзывает под резинку трусиков, безошибочно находя самую горячую точку в её теле.
— Как же ты возбуждена, малышка, — пальцы касаются скользких нижних губ, и Настя с тихим стоном выгибается навстречу пальцам Эрика.
Хорошая была идея — прийти к ней с Эмилем. Она ведь и вправду могла сбежать, испугавшись того, что её заводило. Она же примерная девочка, как такая может даже помыслить о том, чтоб её ласкало четыре руки? Или две пары губ? Даже если очень хочется — таких чудовищно сложно заставить принять свое желание.
Эмиль выцеловывает шею Насти, повышая общий фоновый градус, мнет, именно мнет пальцами грудь, нетерпеливо порыкивая. Змей же неторопливо, но крайне настойчиво растирает пальцами нежные складки, с каждым новым движением ладони заставляя девушку биться в его руках от острого возбуждения.
Ты будешь хотеть. Ты будешь с ума сходить от желания. Сегодня твои красивые глаза будут смотреть на Эрика Лусито с вожделением, граничащим с похотью.
— Эрик...
Она почти задыхается, выгибаясь в ласкающих её руках. Зрачки расширены настолько, что не видно радужки. Она готова.
Им с Эмилем достаточно лишь одного короткого обмена взглядами, чтобы понять, что дальше. Это вроде не в первый раз, но почему-то именно сейчас напряжение особенно сильное.
Если раньше Эрик просто не понимал этой блажи Эмиля — как можно быть уверенным, что ты хочешь только одну женщину? То есть как это — как её ты никого не хотел? Разве есть между ними разница?
Есть.
Сейчас уже и сам Эрик ощущает именно это. Когда весь мир сужается до одной единственной женщины, от которой волосы на спине встают дыбом, и ты хочешь её прямо сейчас, и всякую секунду, когда её видишь, а потом — и когда думаешь о ней. А думаешь ты о ней постоянно. Она навязчивой мыслью не хочет покидать черепушки.
Настя кусает губы. Когда Эмиль переносит её на кровать, когда ставит на четвереньки, когда буквально рвет на ней трусики, оставляя совсем голышом. У шведа срывает последние винтики терпения. И это ведь он еще не знает!
Насте смертельно идет нагота. И в принципе, все встает на места, становится понятно, почему этот кретин — её муж — так старательно прятал эту фигуру под мешковатыми тряпками. Такую сладкую девочку если и выпускать из постели, то ни в коем случае не в таком виде, чтобы хоть кто-то заметил, насколько она хороша. Украдут, унесут, при одном только взгляде на эти стройные ножки. Хоть и прятать её — преступление против неё самой.
Только за этот напуганный взгляд, за эту зашкаливающую робость Змей бы заставил бывшего мудака Насти подавиться зубами. Она не должна стесняться себя. Именно она — последняя женщина в мире, кому вообще надлежит испытывать стыд при раздевании. Её бы в мраморе высекать, как эталон чувственности и эстетики. А она пытается спрятать от Эрика лицо, просто потому что ей стыдно.
— Смотри на меня, — Змей снова и снова касается этой ямочки на красивом подбородке, снова и снова любуется озерами темных глаз в обрамлении густых ресниц.
— Не бойся, — Эрик касается большим пальцем её заманчивых губ, — ты дьявольски хороша, моя сладкая.
Это ей помогает. Настя вскидывает глаза, будто удерживаясь за Эрика, и они тесно переплетаются взглядами. Между их зрачками словно протягивается напряженная нить, которую ни в коем случае нельзя рвать. Отлично.
Там, позади неё предвкушающе оглаживает восхитительную попку девушки Эмиль. Прелюдии окончены — девушка возбужденно всхлипывает даже от легкого прикосновения к клитору или к раскаленному входу в её тело. Терпеть это невозможно, все существо буквально требует дать ей то, что она так хочет. А Эмиль в принципе не отличается терпением.
Первый толчок члена в её тело Настю застает врасплох. Она даже жмурится, на несколько секунд разрывая их со Змеем контакт взглядов. А потом Эмиль толкается в неё снова, на этот раз глубже.
Не стоны — музыка. Слушал бы и слушал.
Да и любоваться таким ярким выражением удовольствия на её лице — восхитительно.
Кончики пальцев Эрика все также касаются нежных Настиных губ. Касаются раз за разом, ускользая от неё и возвращаясь вновь, дразня и распаляя. Свободной рукой Эрик расстегивает молнию на джинсах. Его член ложится в ладонь, заставляя девушку уже не ощущать и догадываться, а видеть. И ей точно нравится увиденное. Глаза восхищенно расширяются, по пересохшим губам проскальзывает язычок.