Согреть ледяное сердце

— Ясно, но к чему тогда были все эти ограничения?

— Они умирали, Белоснежки из этой группы, больше половины умерли. Получали мнимую самостоятельность и ломались, словно не в силах пережить свои же принятые решения. Я не знаю, что с ними происходило, Саша первая, кто ожил. Эммет и Ольга пообщались с ней сегодня и словно выпили жизненный энергетик, их кураторы в шоке. Нам еще предстоит в этом разбираться.

— Ясно, но если Саша примет моего брата, я заберу ее в свою семью и никому не позволю ставить над ней эксперименты.

— Учтите, если вам подарят живой улей пчел, это явный знак, что вы делаете что-то не то, — миролюбиво усмехнулся Рогов.

— Как вы спаслись? — улыбнулся Ричард.

— Это было не просто, — засмеялся бывший куратор.

— Лорд Авалос, — к мужчинам подскочил офицер в черной форме, — пострадавшая доставлена в госпиталь. Мы взяли троих из тех, кто был в сговоре вместе с ней. По первым показаниям, это была месть белых за работу нашего дома.

— Я понял, Максимилиан, — Ричард нахмурился и кивнул. — Я сейчас по делам, будут новости, сразу ставьте меня в известность.

— Да, милорд.

— Идемте, Анатолий Николаевич, я подвезу вас до Саши, а потом к нам. Моему брату действительно необходимо ее присутствие.

Рогов кивнул и направился к черной машине вип класса, припаркованной прямо на площади. Подняв инфобраслет, он набрал Саше сообщение, что уже выезжает, и спросил, как она себя чувствует. Прошла минута, вторая. Мужчины уже сели в машину, выехали на основную дорогу. Рогов активировал браслет, сообщение Саше высветилось значком «прочитано», но ответа так и не было. Капитан послал приказ личному помощнику, но тот оказался вне зоны доступа.

— Лорд Авалос, не хочу показаться параноиком, но не могли бы вы прибавить скорости.

— Что случилось?

— Саша не отвечает. Может, раньше это и было бы нормально, но сейчас у меня плохое предчувствие.

Авалос нажал на кнопку, и на бортах машины выскочили сигнальные маяки и раздался звук сирены, машины впереди стали уходить в сторону, освобождая дорогу. Ричард вдавил педаль в пол, тревожное чувство вновь стало разъедать сердце. Он слишком рано расслабился, слишком рано!