Одинокий медведь желает, или партия для баса

— Ну ты ваще, дядя. Еще бы в сортир за мной вперся.

Эх, полицию бы сюда. Чтоб дядю взяли за яйца на домогательстве к подростку. Мечты-мечты, чтоб их. Играем дальше.

— Заткнись и двигай, — велел Мордатый и добавил матюков.

Бедняга. Совсем плохо с русским языком.

— Где моя кола и бургер? — продолжил тайм Денис, едва открыв дверь сортира. — Почему чипсы открытые? Не, дядя, так не пойдет, вдруг ты заразный, а у меня сборы скоро. Мадам, дайте чипсов!

Мордатый кипел, бурлил и выглядел так, словно его сейчас кондрашка хватит. От его матюков стекла дрожали, но что Денису матюки какого-то Мордатого? У него тренер есть. Вот тот как приложит — так приложит. Не то что гопота местечковая.

В общем, колой Денис благополучно облил Мордатого, а бургер уронил ему под ноги, так что тот растянулся перед дверью магазина. Счет добрался до десяти-ноль в пользу русского спорта. Если брать текущий матч. В предыдущем русский спорт позорно продул смартфон. А до того — и вовсе маму.

Отыгрывать, срочно отыгрывать!

— Ну ты даешь, дядя, — во все горло возмутился Денис, стоя над Мордатым. — Как тебя еще с работы не поперли. Вставай, давай, самолет на Москву через час!

И за этот час надо кровь из носу свалить от утырков и найти способ добраться до Геленджика. Что без телефона, наличности и документов… возможно! Мы, пацаны, можем все! Тренер сказал, ага. А раз тренер сказал — попробуй не смоги.

Остаток пути до аэропорта Дрищ ржал, Мордатый пыхтел и оттирался влажными салфетками, а Денис с энтузиазмом китайского туриста рассматривал пейзажи и пытался выпросить у Дрища смарт — потому что ску-у-учно, хоть поиграть, что ли, ну чо те, жалко что ли, дядя? Он сам не знал — зачем выводил уродов из себя. И в глубине души понимал, что ведет себя глупо. Но сидеть тихо и не вонять — не мог. Потому что это значит сдать матч. А наши — не сдаются! Наши — отыгрывают пятьдесят очков в последние пять минут! Или не отыгрывают, но все равно не сдаются.

Потому что.

И он — не сдастся, а победит. Так надо. Так — правильно и справедливо.

Под его нудеж и бодрый мат лже-ментов они вошли в здание аэропорта. Охрана на входе напряглась: хорошо, внимание они привлекли. Один охранник даже привстал, словно собираясь спросить документы, но другой кивнул на форму ДПС. И ничего не спросили.

Разгильдяи! Лохи позорные!  Кто форме доверяет?! А если — террористы?!

Он уже подумал, а не рискнуть ли, не завопить «Аллах акбар!» — чтобы уж точно их всех тут положили мордами в пол. Но до крайних мер дело не дошло. В холл вывалилась откуда-то сбоку толпа парней в цветах «Динамо», и на Дениса тут же налетел какой-то бородач, раза в полтора его шире, но и на голову ниже.

— Братан! Какими судьбами?! — пробасил он ужасно знакомым голосом.

«Да! Вот оно! До конца тайма пять минут, на поле выходит новый игрок! Противник в замешательстве, никто не ожидал такого подкрепления!» — прозвучало в голове у Дениса вместе с воображаемыми воплями болельщиков.

— Фархат! Не может быть! — Денис сгреб в охапку знакомца.