Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

В Молдавии

В марте 1950 г. Брежнев был избран в Верховный Совет СССР депутатом от Днепропетровской области605. Он приехал в Москву и в тот же месяц был там освобожден от должности секретаря Днепропетровского обкома, чтобы в июне получить назначение на должность инспектора ЦК ВКП(б)606. Об этих месяцах в Москве нет информации, но, очевидно, Брежневу предназначались высокие политические посты. Вероятно, дело было в Хрущеве, который в декабре 1949 г., как и до войны, призванный Сталиным на пост руководителя московской партийной организации, теперь хотел собрать вокруг себя в столице своих сподвижников, но этого мы не знаем. Брежнев занимал новую должность партийного инспектора только месяц, затем Политбюро послало его в середине июля в Молдавию в качестве Первого секретаря ЦК компартии республики. Это произошло, вероятно, по рекомендации Хрущева, который ввиду смещения прежнего первого секретаря ЦК Компартии Молдавии Николая Григорьевича Коваля 5 июня 1950 г. использовал шанс, чтобы командировать туда своего человека и тем самым иметь, кроме Украины, и там «свою руку»607.

Правда, Хрущеву пришлось убеждать Сталина в том, что Брежнев как раз такой человек, которому можно вверить республику, и на сей счет существуют легенды. На одном из немногих партийных собраний 1950 г. Сталин, как говорят, увидел Брежнева и почувствовал симпатию к «прилежному плотному красавцу с круглым, пышущим здоровьем лицом и густыми бровями»608. Так как вождь из-за загара принял его за молдаванина, он спросил его: «Ну, а как там у вас идут дела – в Молдавии?» Брежнев возразил: «На Украине, Иосиф Виссарионович», но Сталин дружески настаивал: «Не на Украине, а в Молдавии»609. Так как Сталин никогда не ошибался, то в соответствии с легендой он сразу же перевел Брежнева в Молдавию. Еще более яркую историю рассказывает краевед Максим Кавун: в 1949 г. на концерте в честь 70-летия Сталина среди прочих был танцевальный номер в исполнении молдавского ансамбля, который так понравился Сталину, что он поздравил с этим Брежнева: «Чудесно танцуют Ваши молдаване». Немногими днями позже он назначил Брежнева партийным руководителем Молдавии610. Вероятно, историю о том, что Сталин принял Брежнева за молдаванина, следует отправить в царство легенд, в основе которых, однако, глубокая народная мудрость: партийных руководителей приглашали в соответствии с внешностью, а кредо, согласно которому «вождь всегда прав», приводило к странным назначениям.

Брежнев переехал со своей семьей в Кишинев, находившийся в 600 км от Днепропетровска, и поселился в типичном для бывшего русского провинциального города одноэтажном доме XIX в. на Садовой улице611. Молдавия находилась на задворках государства. Она только в 1940 г. на основе пакта Молотова – Риббентропа была занята советскими войсками, а в 1944 г. завоевана снова. Положение в самой молодой республике Союза складывалось драматически: Молдавия была крайне бедным регионом европейской части СССР. Засухи 1946–1947 гг., последовавший за этим голод и разрушения, вызванные войной, оказались еще более катастрофическими, чем на Украине. «Нетрудовые элементы» получали только 250 г хлеба на день, колхозникам причиталось полкилограмма зерна на трудодень. В плодородной Бессарабии, когда-то славившейся своими фруктами и вином, голодало 95 % населения; по разным оценкам, количество умерших от голода колеблется от 36 тыс. до 200 тыс.; власти регистрировали десятки случаев каннибализма612. Как и в случае с Украиной, Сталин не хотел и слышать о голоде в Молдавии, но в 1947 г. все-таки послал туда продовольственную помощь и заместителя председателя Совета Министров А. Н. Косыгина, наблюдавшего за ее распределением613. Но едва тяжелейшие лишения были преодолены, Политбюро ЦК ВКП(б) в Москве распорядилось об окончательной коллективизации сельского хозяйства и раскулачивании. Под эгидой первого секретаря ЦК компартии Молдавии Николая Григорьевича Коваля и председателя Совета министров республики Герасима Яковлевича Рудя молдавский НКВД провел в ночь на 6 июля 1949 г. операцию по депортации под названием «Юг», которая сегодня считается в Молдавии национальной травмой: более 11 тыс. семей, в целом примерно 35 тыс. человек, большинство уже обессиленных и ослабленных двухлетним голодом, были без предупреждения арестованы и сосланы в Казахстан или Сибирь; многие умерли еще по дороге от истощения, некоторые – в «спецпоселениях», где семьи были высажены в необжитой степи614. При этом, как отмечал позже первый секретарь ЦК Компартии Молдавии Иван Иванович Бодюл, ни разу не было серьезного сопротивления коллективизации; для этого крестьяне оказались слишком ослаблены615. Действительно, до Москвы дошло столько ходатайств сосланных о пересмотре их дел, что еще при Сталине в 1952 г. была назначена следственная комиссия, разрешившая примерно 500 сосланным вернуться616. Жалобы крестьян и отсутствие подъема в самой молодой республике создали фон, на котором Сталин заменил партийного руководителя Молдавии Коваля Брежневым. Таким образом, Брежнев приехал в республику, пережившую двойную травму, где не было ничего: посевного зерна, сельскохозяйственных машин, инфраструктуры, электричества, жилья, учебных заведений, медицинского обслуживания, но в первую очередь доверия населения к преобразованиям на советский лад и уверенности в их позитивных результатах. Скорее, мелкими проблемами казалось то, что часть полей со времен войны оставалась заминированной, армия еще вела активную борьбу против вооруженных националистических групп, продолжалась проверка кадров на предмет «сотрудничества» с немецкими оккупантами, а Брежнев не понимал национального – румынского – языка617. Казалось вполне вероятным, что при решении этих задач Брежнев потерпит неудачу и по прошествии некоторого времени так же бесславно, как и Коваль, будет смещен Сталиным. На это, возможно, по мнению Мэрфи, и рассчитывал Маленков, постоянный оппонент Хрущева618.