Кластер

– Вы, наверное, уже слышали о моем увлечении кладами дворянских семей в бывших помещичьих усадьбах? – приступил к рассказу Петр Сергеевич. Когда все напились чаю, Рита помогла убрать посуду, и все чинно расселись вокруг стола.

– Так вот, – сейчас я изучаю историю гибели семьи помещиков Вирских. Их имение находится в Тверской области. Ну, как имение… Практически развалины. Зато нет бомжей! Они селятся там, где есть крыша и хоть какое-то подобие окон. Зимой, если развести костер внутри, можно немного согреться.

Так вот. Несколько месяцев назад, изучая один из трудов автора прошлого века «Усадьбы Тверской области», я наткнулся на два письма – ими была заложена страница с фотографией барского дома имения Вирских. В первом, написанном летом семнадцатого года, говорилось о трагической гибели хозяйки дома, о том, что он, бывший управляющий имением, не смог спасти хозяйку, но ее маленького сына он постарается отвезти в Кисловодск к отцу, который после ранения в легкое был демобилизован, и отправился на семейную дачу в Кисловодске. Позже хозяин предполагал уехать с семьей и устроиться в Финляндии, а пока ждал жену с вещами и ребенка. И теперь управляющий должен доставить мальчика к отцу и рассказать о смерти супруги. Писал это письмо управляющий, видимо, своей жене уже с дороги и еще сообщал, чтобы не теряла его, возможно, он задержится. В следующем письме все тот же автор сообщал своей второй половине, что мальчика графу сдал с рук на руки. «Но, – следовало далее, – к сожалению, продолжить путь домой пока не в состоянии, так как заболел и нахожусь в лазарете». Далее шли странные неровные строки, как будто управляющий писал в бреду. Что-то про клад, замурованный в стене, про страшную смерть графини, которая узнав, что к имению приближается отряд бандитов, при нем открыла тайник, вложила туда дорожный несессер, доверху набитый драгоценностями и золотыми монетами. Про то, что спасая наследника, он не смог помочь хозяйке, принявшей мучения и после повешенной, о чем до сих пор сожалеет. И в конце приписка. Другим почерком. О том, что писавший это письмо из-за вспышки тифа в поезде, следующем из Кисловодска, был высажен с другими заболевшими на станции Тихорецкая, скончался в лазарете и похоронен в общей могиле.

Петр Сергеевич обвел притихшую Риту и прижавшегося к ней Ванечку серьезным взглядом и продолжил:

– Сейчас могу сказать, что я перелопатил кучу литературы, чтобы приблизиться к пониманию этой истории. Кроме того, меня, естественно интересовал клад. И главное. Я точно теперь знаю, что в развалинах существует призрак! Местные газеты регулярно пишут о кладоискателях, загадочных смертях, блуждающих огоньках в темноте в стенах бывшего имения. Половину, и даже больше можно отнести к пересказу слухов, но призрак… Призрак не дает мне покоя. Про это место ходит дурная слава, а это один из признаков его существования. Опять же пропажа людей, огоньки. Если там все еще находится клад, помните – дорожный несессер, который она при управляющем прятала в тайник, – то призрак бывшей хозяйки его охраняет. Кстати, один из пропавших людей был найден вскоре после исчезновения. Его повесили в развалинах барского дома. И знаете, кем он оказался? Внуком командира того самого бандитского отряда. Скорее всего, узнал от деда про не найденные тогда ценности, сунулся в дом. Я думаю, призрак убитой его дедом хозяйки дома и оказалось последним, что он увидел в этой жизни.