Русские цари
- Автор: Захаревич Алексей Владимирович, Шалак Максим Евгеньевич
- Год: 2009
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-222-14407-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Русские цари». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на широкий круг читателей и всех тех, кто интересуется отечественной историей.
Объявленная в 1722 г. совершеннолетней, цесаревна стала центром различных дипломатических проектов. Отец хотел выдать ее замуж за короля Франции Людовика XV либо за иного принца дома Бурбонов; когда же эти планы не удались, цесаревну начали сватать за второстепенных немецких принцев, пока не остановились на принце Карле-Августе Голштинском, епископе Любеком, который успел ей очень понравиться. Однако смерть жениха расстроила и этот брак.
В царствование Екатерины I Елизавета пользовалась определенным влиянием; она читала своей неграмотной матери государственные бумаги и даже подписывала вместо нее указы. После того как в 1727 г. умерла мать, а старшая сестра Анна Петровна вышла замуж и уехала в Голштинию, Елизавета сблизилась со своим племянником Петром Алексеевичем (будущим императором Петром II). Между ними установились дружеские отношения. Существовал даже проект обвенчать Петра и Елизавету, но князья Долгоруковы обручили Петра с Екатериной, дочерью князя А. Г. Долгорукова. Елизавета Петровна оказалась предоставлена самой себе. Оставшись круглой сиротой, живая, приветливая, умевшая каждому сказать ласковое слово, к тому же красивая, цесаревна всецело отдалась вихрю веселья и увлечений. Она окружила себя молодыми гвардейцами.
После смерти Петра II в январе 1730 г. Верховный тайный совет, решавший вопрос о престолонаследии, признав Елизавету незаконнорожденной (родилась до брака родителей), отказал ей в правах на престол. С воцарением Анны Ивановны, двоюродной сестры Елизаветы, она лишилась блестящего положения при Дворе, постоянно нуждалась в деньгах: если при Екатерине I и Петре II ее годовое содержание составляло по 100 тысяч рублей, то теперь только 30 тысяч. Цесаревна жила отдельно от императорского двора в подмосковной слободе Покровской, в Переяславле-Залесском или в Александровской слободе.
Елизавета вела себя просто и непринужденно: легко сходилась с людьми, охотно бывала в обществе гвардейских солдат и офицеров, присутствовала у них на свадьбах и крестила детей. Ее популярность в народе и среди гвардейцев беспокоила императрицу Анну Ивановну. Она приказала цесаревне жить при дворе. В это время на руку Елизаветы претендовали герцог Мориц Саксонский, герцог Эрнст-Людвиг Брауншвейгский, испанский инфант дон Карлос, португальский инфант дон Мануэл, принц Георг Великобританский, герцог Фердинанд Курляндский. Но Анна Ивановна сочла всех этих женихов слишком знатными для цесаревны. Живя в столице, Елизавета не оставила своих привычек, проводила время в куртуазных похождениях, хороводах, балах и т. п. В Петербурге возник «малый двор Елизаветы», который составили преданные ей дворяне: братья Александр и Петр Шуваловы, Михаил Воронцов и лейб-хирург Иоганн Лесток. В «малый двор» вошел и Алексей Григорьевич Разумовский, простой казак, «выбившийся в люди» из-за своего голоса. Родился в семье казака Г. Розума на хуторе Лемеши близ Козельска в Черниговской губернии. Обладая хорошим голосом, он пел на клиросе в церкви и, случайно в 1731 г. замеченный придворными, попал в царский хор. Цесаревна Елизавета заметила его приятную внешность и хороший голос и перевела его на службу в свой двор. Сначала А. Розум был придворным бандуристом, а затем, уже под фамилией Разумовского, стал управлять ее двором.
По мнению В. Н. Балязина, «можно полагать также и то, что в это время на первом месте у цесаревны выступали политические мотивы, ранее остававшиеся на втором плане: она решила вступить в борьбу за трон. Экстремальные обстоятельства, при которых неотвратимой реальностью могли стать и тюрьма, и плаха, все чаще заставляли Елизавету вспоминать, что она не кто-нибудь, а дочь всемирно прославленного первого всероссийского императора. И потому, делая вид, что грязная политика ее не касается, что вся она поглощена любовью и удовольствиями, молодая женщина пела, плясала, охотилась и кутила, едва ли не больше любой из своих предшественниц».
Переворот 25 ноября 1741 года
После смерти Анны Ивановны правительницей России при младенце Иване VI Антоновиче стала ее племянница Анна Леопольдовна, крайне непопулярная в дворянских кругах. Воспользовавшись ослаблением верховной власти, послы Франции и Швеции начали подталкивать Елизавету Петровну к совершению государственного переворота. Об этом говорили и знакомые гвардейские офицеры, и преданные ей дворяне. Через некоторое время цесаревна согласилась выступить против правительства Анны Леопольдовны.
25 ноября, в 2 часа ночи, Елизавета в сопровождении братьев А. и П. Шуваловых, М. Воронцова и И. Ле-стока появилась в казармах Преображенского полка. Она напомнила солдатам, что она — дочь Петра Великого, приказала им следовать за собой и при этом запретила без надобности пускать в ход оружие. Гвардейцы восторженно присягнули новой императрице и по ее указанию, не пролив ни капли крови, арестовали и доставили в крепость Анну Леопольдовну, ее мужа Антона Ульриха, их сына — младенца Ивана Антоновича и вице-канцлера М. Г. Головкина, который советовал Анне Леопольдовне объявить себя императрицей. На следующий день был издан краткий манифест о восшествии на престол Елизаветы Петровны.
Начались преследования «немцев». В обвинениях, направленных против них и их друзей, им было вменено и вину многое, в чем они виноваты не были. Это объясняется тем, что Елизавета была сильно раздражена отношением к ней людей, возвышенных ее отцом, — Миниха, Остермана и др. Но общественное мнение поддержало новую императрицу, поскольку раздражение против немцев было так сильно, что в жестокой казни, к которой они были приговорены, видели возмездие за мучительную казнь князей Долгоруких и А. П. Волынского. Так, Остерману и Миниху грозила смертная казнь четвертованием, а Левенвольду, Менгдену и Головкину — отсечением головы. Однако позже все это для всех виновных было заменено ссылкой. Причем Миниха обвиняли, помимо всего прочего, в назначении Бирона регентом, в то время как самого Бирона не только не тронули, но даже облегчили его судьбу: из далекого Пелыма он был переведен на местожительство в Ярославль, очевидно потому, что не притеснял цесаревну, будучи у кормила власти. В этом и состоит женская логика!
Эти события повлияли на судьбу и еще одного человека — А. Г. Разумовского, который и пальцем не пошевелил 25 ноября. Но после воцарения Елизавета его пожаловала в поручики Лейб-Кампании с чином генерал-поручика, хотя он ничего не понимал в военном деле. Он получил дома в Москве и Петербурге, земли и деньги. Есть предание, что 24 ноября 1742 г. А. Г. Разумовский тайно обвенчался с императрицей в подмосковном селе Перово. В 1756 г. он получил чин генерал-фельдмаршала.
Характеристика личности
Как ни странно, о Елизавете Петровне благосклонно отзывались даже те, кого она наказала. Так, фельдмаршал Б. X. Миних отмечал: «Еще в самой нежной юности… она была уже, несмотря на излишнюю дородность, прекрасно сложена, очень хороша собой и полна здоровья и живости. Она ходила так проворно, что все, особенно дамы, с трудом могли поспевать за нею; она смело ездила верхом и не боялась воды». По словам леди Рондо, «принцесса Елизавета… красавица. Она очень бела, у нее не слишком темные волосы, большие и живые голубые глаза, прекрасные зубы и хорошенький рот. Она расположена к полноте, но очень мила и танцует так хорошо, как я еще никогда не видывала».
По оценке современников, императрица имела данные для успешного правления. Тот же Б. X. Миних писал, что она «была одарена от природы самыми высокими качествами, как внешними, так и душевными… У нее был живой, проницательный, веселый и вкрадчивый ум и большие способности». Современники говорили о доброте, человеколюбии и милосердии императрицы. Многие отмечали ее набожность: она строго соблюдала посты, исполняла церковные обряды, совершала длительные путешествия на богомолье и заботилась о строительстве новых церквей и монастырей. Вместе с тем, по словам В. О. Ключевского, «от вечерни она шла на бал, а с бала поспевала к заутрене». Современники писали о лени, беспечности и легкомыслии Елизаветы, которая среди развлечений не находила времени для подписания бумаг.