Советские олимпийцы
- Автор: Ганчук Виктор Вианорович, Ряжский Олег Юрьевич
- Год: 1980
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Советские олимпийцы». Краткое содержание книги:
…Оставалось 50 метров. Каких-то два пролета в канале, размеченном цветными буями. А сзади настигают. И вдруг она спохватилась: «Господи, та шо ж я!» И как во сне услышала гонг. Еще гонг.
Гонг! Гонг! Гонг! Это финишировали все остальные, а первый гонг ударил в честь Юлии Рябчинской.
То было счастливое мгновение!
Что такое 0,9 секунды перед ближайшей соперницей, от которой оторвалась Юля? Миг, когда и слова не скажешь. На финише это выразилось в четырех метрах преимущества — это был максимальный отрыв в семи финальных заездах XX Олимпиады.
…Юлю обнимали, целовали. Она ходила совсем потерянная — ей не верилось. Всю ночь после финиша мы не сомкнули глаз. Думали о будущем, говорили о новых стартах и новых победах. Юля вспомнила много своих и, конечно же, моих, тренерских ошибок. Торопясь, перебивая друг друга, предлагали, как их исправить.
А уж позже праздновали как положено по русскому обычаю — после труда и праздник. А повод для этого был: наша команда гребцов сделала почти невозможное, выиграв шесть золотых медалей из семи.
…Мои обстоятельства сложились так, что вскоре я должна была временно оставить тренерскую работу — ждала ребенка. Когда Юля узнала об этом, сразу прибежала ко мне, радостная, возбужденная. В этот вечер мы засиделись допоздна, и она все говорила, говорила: «Ой, как я хочу, чтобы у вас была девочка! У меня такие красивые туфельки есть!.. И приданое дитю не покупайте. Я сама все куплю. И насчет тренировок не волнуйтесь! В Москву к вам буду ездить тренироваться».
Вечер 12 января 1973 года мы провели очень весело. Я записала на магнитофон две песни, которые она исполнила на русском и украинском.
Часто вспоминаю тот вечер, потому что в нем сконцентрировалось многое, что мне предстояло запомнить на всю жизнь…
Юля была романтична — только сейчас начинаю это понимать. Бывало, скажет: «Вот ведь дорога на сбор и дорога на соревнования вроде одинаковы, а чувствуешь себя в пути по-разному. Когда возвращаешься с соревнований, время тянется бесконечно, каждый день превращается в неделю, неделя — в месяц. Спишь и видишь встречу в аэропорту со своей семьей. А на сборах дни бегут вскачь, оглянуться не успеваешь, как остаются за спиной города, где была глубокая осень или вечное лето. Правда, ведь мы все время тянемся к лету. Ох, как хочется продлить лето! Это такое удовольствие: ярко светит солнце, зеленеет трава, тихо несут свои воды реки; можно без устали совершенствовать себя в спорте и своими победами приносить радость людям. Мне больше всего хочется побеждать, чтобы радовать земляков. Как они «болеют» за меня!
…Человек с детства познает солнце, тепло и ласку. А мы, спортсмены, недолюбливаем и недоласкиваем… Правда ведь! Зато нам дано другое. Острота ощущений! Радость победы над соперником, над собой…»
Сейчас вспоминаю все это, а тогда, после Юлиного ухода, я многое записала в свой дневник. Может быть, это было предчувствием расставания?
В тот вечер она все уговаривала меня поехать в Одессу, а потом в село, на родину, — хотела показать свой дом, поля, речку, ручей… «Вы и не поверите, какая у меня мама маленькая, не удалась ростом, но зато очень крепкая, здоровая и, конечно, ласковая. А отец мой — человек суровый…».
Любила она своих родителей. Во время международных соревнований очень беспокоилась: «Ох, не успею купить подарки старикам. Маме что-нибудь на платье, а отцу — шарф. Он любит тепло, ох как любит. Ему часто надо выходить к скотине во двор, а одеваться не хочет. Вот и простуживается. Куплю шарф, его можно быстро накрутить на шею. Все теплей!» Юля никогда без подарков не ездила домой. А навещать своих родных приходилось все реже и реже. Она была сильно загружена тренировками и учебой.
После Олимпиады Юля поступила в Киевский институт физкультуры. Она и в учебе стремилась быть первой.
У нее был прямой, открытый, хотя, может быть, немного резкий характер. Честная и справедливая с окружающими, она не терпела никаких интриг, и если уж на нее кто-то жаловался, тут же призывала разобраться в открытую. Она любила повторять: «Для меня главное — спорт, а личное — потом, когда я дома».
Юля все делала в полную силу — выступала ли на соревнованиях, копала ли огород, или убиралась в квартире. Иначе она не могла. Своим отношением к делу она умела заражать товарищей.
Однажды тренер Раменской детской спортивной школы Я. Я. Костюченко попросил Рябчинскую приехать в школу на выпускной вечер и рассказать об Олимпийских играх. И она поехала. В городском Доме культуры собралось очень много желающих увидеть и услышать олимпийскую чемпионку. Люди стояли даже в проходах. Юля говорила ярко, страстно. Рассказывала о том, как пришла в спорт, о своих достижениях, делилась зарубежными впечатлениями. В заключение она сказала: «Это первая наша с вами встреча, но не последняя! Я желаю вам, юные коллеги, большого спортивного счастья на грудном пути к Олимпу. Я надеюсь, что на следующих Олимпийских играх кто-то из вас будет защищать наше спортивное знамя». После этого выпускникам школы были вручены значки мастеров спорта. Вручала их олимпийская чемпионка Юлия Рябчинская. Среди тех, кто получил из ее рук значок, были Татьяна Коршунова и Александр Дегтярев. Впоследствии Таня стала серебряным призером, а Саша — чемпионом XXI Олимпийских игр.
Сбылись слова замечательной спортсменки, только ей не пришлось чествовать новых чемпионов…
Со дня гибели Юли прошло немало времени. А я все думаю и думаю: как же это случилось?
…Проходила обычная тренировка на канале в Поти, где мы обычно тренируемся в зимние месяцы, когда у нас в России замерзают водоемы.
Юля, заканчивая тренировку, уплыла далеко вперед.
А через несколько минут мы увидели лишь перевернутую байдарку да шапочку, еще плавающую на водной поверхности.
Оказалось, что байдарка неожиданно перевернулась (как это бывало десятки раз до этого), но у Юли произошел спазм дыхательных путей…
Юлия Рябчинская прожила короткую, но яркую жизнь, содержанием которой были труд и стремление к победе, только к победе!