Хозяйка магической академии

– Каролина, вернитесь в зал, вам здесь не место. Зачем вы прерываете столь важное собрание?

– Очень даже место. Вы же не будете спорить с наследницей Добровольских? Уступите кафедру – пришло время занять моё законное место. Или вы будете спорить? Ваша клятва потеряла силу ровно секунду назад.

Мне было абсолютно плевать, поймут ли меня присутствующие. Альцина прекрасно поняла, на что я намекала. Она тяжело вздохнула, кивнула и отошла в сторону. На секунду я заметила улыбку, мелькнувшую на её губах, но не стала обращать на это особое внимание.

А я начала свой монолог, к которому готовилась последние пару недель, когда начала делать изумрудный артефакт.

– Я знаю, вы шокированы. Мне всего девятнадцать. Я планировала обучиться на профессора, пройти все муки и радости обучения: от основного курса до профессорского. Узнать, как тяжело в магистратуре быть наставником. Испытать всё на своей шкуре, каково это, но, – сделала паузу, осмотревшись по сторонам, – но какой во всём этом смысл, если я уже сейчас понимаю, насколько неправильны правила МУТОВа? Насколько они некорректны по отношению к возлюбленным, любовь которых под запретом? Чем «любовь» неправильна? – последний вопрос я задала, с вызовом посмотрев на Альцину.

Внезапно осознала, как сильно её ненавижу.

Я была готова ко всему. К любому ответу этой женщины. Мне было абсолютно плевать на всё то, что она будет мне отвечать. В какой-то момент мне и вовсе захотелось с позором уволить её.

Но я не позволила своим эмоциям взять верх и натворить делов по глупости.

– Если правило было введено ректоратом того времени, значит, так было нужно. Это правильно. Это твоё наследие, Каролина. Ты одна из Добровольских, – холодно отчеканила Альцина, удержав спокойное лицо.

Но я понимала, что она в бешенстве. Я разрушила её планы? Или я выставила её перед всем университетом идиоткой?

Плевать.

– Да, и я чту традиции. Возможно, в ваших глазах я маленькая, зазнавшаяся девочка, к тому же избалованная своей силой и внезапно свалившейся на меня властью, но я осознаю свою ответственность. И мне совершенно плевать на ваше устаревшее мнение, – я отвернулась от профессора.

У меня был ответ, почему это было сделано несколько столетий назад. Но почему никто не замечал проблемы? Почему никто не старался исправить все те проблемы, к которым привели эти запреты?

 – Я разобралась в данном вопросе. Запрет был введён в 1726 году моим предком, по одной очень простой и удивительной причине. Первокурсники в основном были пятнадцатилетними и не умели контролировать себя. Заклинаний контрацепции тогда ещё не было изобретено, и на выходе, как вы думаете, что мы получали?

Я сделала многозначительную паузу, с торжествующим взглядом окинув всю аудиторию. Это было моё первое выступление в качестве ректора.

И я наконец-то почувствовала себя на своём месте. Спустя столько лет гнобления не магическими детками. Спустя год мучений в стенах МУТОВа. Спустя год непонимания…