Моя новая маска

День выдался не дождливый, но прохладный и я с удовольствием надела элегантный жакет, отороченный мехом. Линк в новом костюме смотрелся одновременно забавно и солидно. Грей, как всегда, был в восторге и нетерпеливо прыгал рядом.

— Скоро в нашем любимом павильоне мороженое продавать перестанут — они перейдут на горячие глинтвейны. Поэтому, думаю сегодня мы должны осилить двойные порции! — так нас поприветствовал кёрст Эрнстон.

Я засмеялась, Линк заскакал на месте, утрачивая всю солидность, и Грей радостно залаял неуверенным баском — просто так, за компанию, выразив удовольствие от встречи и прогулки.

Это свидание закончилось довольно неприятным разговором и никакое мороженое не могло подсластить горечь.

— Кёрста Элен, мы с вами знакомы уже почти пять месяцев, могу ли я поговорить с вами на достаточно деликатную тему?

— Конечно, кёрст Эрнстон. — Мне стало любопытно.

Линк, который до этого был полностью поглощен содержимым своей креманки, насторожил уши. Однако, как достаточно воспитанный ребенок, сделал вид, что ничего не слышит и не понимает.

— Кёрста Элен, мне неловко касаться этого вопроса, но я так понимаю, что вы недавно получили наследство.

— Можно сказать и так, кёрст Эрнстон.

— И ваше материальное положение значительно улучшилось?

— В общем да, кёрст.

Я не понимала сути этих вопросов, но насторожилась. Деньги — во всех мирах деньги. Однако, дальше разговор свернул в совершенно неожиданную сторону:

— Кёрста Элен, вы могли бы заметить, что я отношусь к вам с большой симпатией. Прошу, не считайте мой интерес праздным! — Он ласково и аккуратно взял мою руку в свои ладони и глядя в глаза спросил: Когда вы собираетесь закрыть свою торговую марку?

Признаться, ничего подобного я не ожидала!

— Закрыть? Зачем ее закрывать? Она только-только начала приносить прибыль!

Персиваль Эрнстон слегка нахмурился, отпустил мою руку и чуть раздраженно произнес:

— Элен, я терпел вашу причуду, когда считал, что вы крайне стеснены в финансах. Разумеется, мне это не нравилось! Но я практичный человек, и понимал, что обстоятельства могут складываться по-разному, и раз уж у вас нет родственников-опекунов и некому остановить и содержать вас, то Айлюс с ней, с вашей маркой — пусть будет. Но сейчас-то вам это зачем?

На несколько секунд я и в самом деле задумалась — а зачем мне это?

Дело ведь не в том, сколько трудов мне пришлось в это вбухать. Продержав марку еще несколько месяцев, я вполне могла бы неплохо продать ее любым конкурентам. Это дало бы еще несколько сотен золотых ферков. Вполне можно позволить себе расслабиться и бездельничать всю оставшуюся жизнь. Проблема тут была только в одном — мне было бы скучно.

Конечно, после того как кёрст Пужон съехал и в доме начался ремонт, соседи по улице стали значительно любезнее. Линк говорил, что все обсуждают размеры полученного мной наследства — даже до подростков доходили эти разговоры. Так что, да, я могу продать торговую марку и посвятить себя домоводству. Только вот я никогда так не жила и особого интереса к такому времяпровождению не испытывала. А больше всего меня насторожило, когда Персиваль произнес: «Разумеется, мне это не нравилось!».