Работа над ошибками (СИ)

Черт разберет этих чеченов. Неужто с гор спустились воинствующие родственнички и хотят чего припомнить Стасу?

Но тогда бы Рамзан не унижался, чуть ли не умоляя Стаса о встрече. Знаком с ним Стас был шапочно, пару раз встречались у общего знакомого, не больше.

Встреча, сказал Рамзан, будет один на один, приди, очень прошу, и вот как вожжа ему под хвост попала. Или все-таки родственнички?

Тонкий самодельный нож холодил кожу, и «ТТ» надежно прикрыт курткой. Стас бы и от гранаты сейчас не отказался — не доверял никому из этой братии.

Рамзан уже сидел в кафешке, больше чеченских лиц Стас там не приметил. Обедают две девушки и парень, еще один мужчина за столиком в углу, лица нормальные, без затаенного испуга. Все-таки один…пока.

— Салям, Стас, — сдержанно сказал товарищ с гор. Он был во всем черном, трехдневная щетина на подбородке. Хитроватые карие глаза сейчас какие-то настороженные. Не к добру это все.

— И тебе здорово, Рамзан, — Стас присел так, чтобы оказаться спиной к стене и лицом к входной двери и окнам, — я слушаю тебя. Заинтриговал прямо.

— Разговор недолгий, Стас. Нэ по бизнесу, — начал чеченец. Точно — странный какой-то. Стас нащупал пальцами рукоятку ножа. Поди разбери этих ненормальных.

— Давай уже ближе к делу.

— Вот, — и на столик легла фотография.

Стаса даже оглушило слегка. На фото была запечатлена Алиска, обнимающая Рамзана.

— Это что такое? — злость уже бурлила где-то внутри, но Стас пока не оправился полностью от эдакой неожиданности. Прийти на встречу с чеченом ради фотки твоей девушки с ним? Охренеть просто.

— Мы с тобой — серьезные люди, Стас, — между тем слышал Стас будто вдалеке рассудительный голос с легким кавказским акцентом, — нам не по двадцать лет, чтобы решать это дело на ножах или еще как-то. Поэтому позвал тебя поговорить. Отпусти Алису… она меня любит.

У Стаса в голове не укладывалось уже ничего. Это что за утренник в детском саду?

— То есть как — любит? — попытался уточнить для себя Стас.

— Любит. Но пока нэ ушла от тебя. Отпусти ее.

Стас уже было хотел сказать Рамзану, что эта голубоглазая никого не любит, кроме себя, но решил опустить сию подробность. Он не баба тут сопли разводить и морализировать перед черным.

— Это она тебя попросила? — короткая заминка чеченца. Ай, не все так чисто.

Если бы подобная ситуация случилось с кем-то другим, не с ним, Стас бы поспорил, что чечену нужно что-то другое, а Алиска — лишь повод для ссоры. Возможно, так оно и было. Но делить им реально нечего, если только чеченец не захотел еще новенький неизведанный бизнес начать…

Неужели реально понравилась, раз готов так унижаться, просить? Они же в жизни ничего не попросят.

Стас вновь глянул на фото. А эта шлюшка тоже хороша. Крутит со Стасом, и на стороне тоже крутит. И с кем! А может, уже — с кеми? Стас аж скривился.

— И давно у вас любовь? — поинтересовался Стас.

— Три недели, — лицо Рамзана напряженное и злое.