Объятия дьявола

— Каждый раз при виде старого Юпитера я думаю о другой статуе этого верховного божества, воздвигнутой над могилой собаки, подаренной Карлом V Андреа Дориа, одному из моих прославленных предков. Летопись гласит, что он добился главенствующего положения в Мелфи только для того, чтобы иметь возможность похоронить там своего пса. Желая поблагодарить императора, Андреа дал роскошный пир, на который пригласил короля и сотню придворных. Пораженные гости стали свидетелями, как три серебряных сервиза были после ужина брошены в море. Но на самом деле Андреа Дориа, сделав столь великолепный жест, не стал ни на сольдо беднее, — он просто велел рыбакам расставить сети под террасой, где проходил ужин, и все блюда и тарелки были благополучно выужены из воды.

Касси весело рассмеялась и забросала графа бесчисленными вопросами. Неужто она и впрямь забыла, какой он остроумный и занимательный собеседник? Девушка раздраженно нахмурилась.

— Ты чем-то расстроена, любимая?

— А вам обязательно знать мои мысли? — фыркнула она, садясь на мраморную скамейку, стоявшую подле фонтана.

— Но, дорогая, разве я не говорил, что отныне мы во всем будем едины? — Девушка, не отвечая, уставилась в пространство, и граф мягко добавил:

— Благодарю за то, что догадалась сесть. Как ты уже заметила, в мои преклонные годы нужно чаще отдыхать.

— Снова рана разболелась? — спросила она, не сознавая, что глаза у нее встревоженно блестят.

— Немного, но, думаю, ничего страшного. После обеда, любимая, я познакомлю тебя со священным и нерушимым итальянским обычаем.

— Каким именно, позвольте спросить? — настороженно осведомилась она.

— В Англии он называется послеобеденным отдыхом, а здесь — сиестой. Пока солнце в зените, итальянцы запираются в домах, закрывают ставни и ложатся спать. Конечно, это замечательная возможность предаться другим, столь же прекрасным занятиям.

Он взял ее руку и нежно погладил пальцы.

— Когда вы поверите, милорд, что я не собираюсь претендовать на ваши милости!

Касси попыталась отдернуть руку, но граф крепко сжал ее.

— Я поверю этому, сага, когда ты перестанешь стонать от наслаждения в моих объятиях. — Энтони поднялся, увлекая ее за собой. — Пойдем обедать, малышка.

Как ни странно, самолюбие Касси было уязвлено, когда Энтони не попытался овладеть ею, лишь только они оказались в спальне. Однако она выяснила, что обычай отдыхать после обеда вовсе не так уж плох. Оставшись в одной сорочке, она легла в комнате со спущенными гардинами, не пропускавшими жарких солнечных лучей, и мгновенно заснула.

Пробудило ее легкое прикосновение чьей-то руки. Готовая наброситься на дерзкого, она открыла глаза и, к собственному удивлению, уставилась в свежее круглое лицо молоденькой девушки, с любопытством взиравшей на иностранку.

— Прошу прощения, синьора, — прошептала незнакомка по-итальянски мягким, музыкальным голоском.

Касси заставила себя перейти на итальянский.