Планета X [ЛП]

Слезы от смеха катились по ее щекам, и Криса слабо кивнула.

— Прости… — прошептала она. — Не надо больше… пожалуйста.

— Не знаю, запомнила ли ты урок, милая, — прорычал он, и легкая улыбка изогнула уголки его рта. Держа ее запястья над головой, он начал второй рукой пробираться кончиками пальцев по чувствительной нижней части ее руки, вниз по изгибу ее груди и сливочной кожи ее живота, заставляя Крису задыхаться и корчиться под ним.

Его рука на ее обнаженной коже чувствовалась теплой… чувственной. И то, как он оседлал ее, прижав к земле, напомнило ей о снах, в которых ей иногда снился безликий мужчина — мужчина, который прикасался к ней… брал ее… Внезапно, ситуация перестала казаться просто игрой.

— Тиг, отпусти меня. Обещаю больше не смеяться, — ее голос все еще был запыхавшийся, но теперь уже по другой причине. То, как он навис над ней, удерживая ее, одновременно было пугающе и захватывающе. Она знала, что опять оказалась в двусмысленном положении.

Видимо, Тиг также почувствовал смену ее настроения.

— Почему я должен отпустить тебя, малышка, — прошептал он, почти ласково. Теплые кончики пальцев продолжали путешествовать по ее коже, и Криса внезапно осознала, что короткий кожаный топик, который она надела, съехал вниз во время их возни. И сейчас Тиг потянул его еще сильнее, обнажая ее темно-розовые соски, ставшие твердыми от возбуждения.

— Тиг, — умоляюще прошептала девушка, когда он впервые коснулся кончиками пальцев ее твердого соска, а затем другого, оставляя огненную дорожку на ее коже. Она трепыхалась под ним, чувствуя себя беспомощной и разгоряченной одновременно.

«Страстный», — подумала она беззаботно. Криса не должна наслаждаться его прикосновениями к своему телу так сильно. Это было неправильно… так неправильно. Криса пыталась выкрутиться, но он удерживал ее, не прилагая видимых усилий, прижимая к земле.

— Не борись, — прорычал он, сжимая большую грудь своей огромной рукой и дразня сосок, пока она не задохнулась от этого болезненного приятного ощущения. — Иначе тебе захочется больше.

— Ты же знаешь, что я не хочу…, — выдохнула она, чувствуя, как ее сердце бьется о ребра. — Пожалуйста, не…

— Я должен слушать то, что говоришь мне ты или твое тело, Криса? — прорычал он. — Потому что мне кажется, что это две разные вещи.

Нагнувшись, он всосал один тугой, розовый бутон в рот, покусывая, облизывая и сжимая его до тех пор, пока она не захныкала под ним, выгибая спину, чтобы прижаться к нему еще ближе, беззвучно моля о большем.

Внезапно, Тиг остановился. Он посмотрел на ее лицо, его глаза пылали.

— Тебе нравиться это, Криса? Нравиться то, что я делаю с тобой? Твоя киска становится мокрой?

Криса прикусила губу. Что она должна была сказать ему? Как она могла признаться, что когда он ласкал ее грудь, она начинала хотеть большего, и все ее тело, горя, как в огне, требовало его? Значило ли это, что ей нравится? С ужасом она покачала головой.