Электронная книга - «Илиас (СИ)». Краткое содержание книги:
- Мне. Плевать. Я. Хочу, – мужской голос, словно идет на подвиг, на решение.
- Хорошо, мой родной, хорошо, все, как ты хочешь… – последние слова пропали в поцелуе, Эвер вложил их в уста Аристина сам.
Исцеловать сначала всего, всего драгоценного Аристина. И вправду – хочет.
Эвер прав. Это его тело и его разум. Он хозяин, не традиции, не род. Он сам. Будет решать. Что ему делать. Хотя… тело решило само.
Какая нежная кожа, такое потаенное место меж ягодиц, маленьких и упругих. Как же не хочется делать тебе больно, хороший мой!
Чего Эвер так переживает? Что, он не терпел боли? Потерпит. Люди же как-то этим занимаются и не плачут?! Пока только приятно…
- Как ты хочешь?
- Я не знаю...
Правь, Эвер… Откуда мне знать. Я хочу только узнать, что это? Да и твои руки и губы не дают покоя. Так странно, когда целуют и ласкают тебя… Приятно. Не надо ничего говорить, делай.
- Делай..
Ничего сложнее в жизни не было. Аристин отдал инициативу ему. Делай. Умница. Чтобы не было больно, но будет. Так, чтобы не поранить, так, чтобы получил удовольствие, так, чтобы не стыдно в глаза утром смотреть было, чтобы самому не умереть от стыда, что не удержал доверия.
Смазка – тут, в ящике. Эвер редко приглашал к себе кого-то, но мало ли… Пусть будет. Валяется себе и валяется. Будем надеяться – не испортилась. Хотя чему там портится?
Ай, холодное!
- Потерпи чуть-чуть, давай... Вот, так... Осторожнее. Обязательно скажи, если неудобно или больно! Хороший мой… Ари… Расслабься. Так…
Дать чуть привыкнуть к себе. К ощущению. Какой же он тесный внутри и горячий. Шелковый. Такого не было ни с кем. И не будет после этого. Никогда и ни с кем!
Не так уж и больно. Но странно, тяжесть Эвера, его руки, губы, он сам, собственный член, который прижат к животу и требует своего... И …
Ари…
Эвер…
Ласкать Ари, пока не услышишь его вздохи, пока сам не задышишь с ним в такт, чтобы не быть не благодарным, не возвернуть хоть часть благодарности за бесценный подарок.
- Ари... – Эвер выдохнул в черные волосы… – Ари. Люблю.
- Эвер… – воздуха не хватало. Это было ведь не с ним? Или с ним? Он сам сейчас потерялся.
Никакого душа... Сил у обоих нет.
- Все хорошо?
- Все просто прекрасно… – уже почти заснул Аристин. – Прекрасно.
Эвер даже не подозревал, что в сорок лет можно пережить такое. Казалось бы, молодость позади – спокойная зрелость, уравновешенная жизнь, но от одного взгляда на Аристина он чувствовал прилив сил и бешеную энергию, такую, что корпорация содрогалась от активности шефа. Оптимизация системы контроля персонала, личная проверка всех действующих предприятий, корпоративные тренинги, изучение новых рынков и продвижение новых проектов: все это вводило вице-президентов по направлениям в состояние ужаса, поручения сыпались одно за другим. Снова хотелось жить так, чтобы было горячо. Ах, если бы Аристина заразить этим.
Сумасшедшее время – сессия. Аристин не отрывался от учебников, рефератов и подготовки к зачетам, засыпая за полночь в объятиях Эвера.
Возвращение в университет было странным. С одной стороны, изменившееся отношение однокурсников, с другой – необходимость наверстать упущенное в учебе. Сочувствие, принятие его отчуждения и сюрприз – исчезнувший хокдаленец, сказали, что он перевелся на стоматологический. Для Аристина так и осталось загадкой, как можно в середине первого семестра первого курса перевестись на другой факультет, но деньги наверно как-то решили эту проблему.
Еще, как ни странно, в улучшении общения с однокурсниками помогло то самое интервью, что он дал одному из видных журналов Нувы. Чуть рассказал о себе, о своих планах и о своей истории. Надо же, для многих стало откровением, что ему приходилось держать вещи потяжелее мобильного телефона. А может стало лучше потому, что Илиас перестал быть загадкой и надменным иностранцем. И что самое забавное – на паре экземпляров пришлось даже расписаться, “для сестренки” – так объяснили однокурсницы. Ну да, если еще считать подписанные экземпляры для Марты, то версия сестренок вполне себе похожа на правду. Но и он и Эрик стали гораздо чаще разговаривать с основной массой студентов потока.
Еще Эвер все-таки, несмотря на все отнекивания Аристина, навязал ему новую машину и охрану. Теперь вместо неприметной синей малолитражки Аристин ездил в квадратном черном здоровенном джипе, водил который все тот же Дэн, а на переднем сиденье и рядом с Аристином теперь торчали два охранника – Агнарр и Дагмэр, которые не давали ему покоя нигде. Хорошо еще Эвер не додумался, чтобы они присутствовали на лекциях. Еще подозрительным было то, что полностью сменилась система пропуска в университетский корпус – теперь были магнитные карточки с кодом и работающие металлоискатели, а вместо полусонного вахтера – вневедомственная охрана. Ему выдали магнитную карточку с уже готовой фотографией, копией с фотографии студенческого билета.
Еще были послабления в занятиях физвоспитанием из-за раны – Аристину дали темы для рефератов и поэтому два утра в учебной неделе он мог спать спокойно.
С перевязками, когда он нуждался в них, тоже все решилось отлично. Девушки с кафедры травматологии денег не взяли, но не отказались от шоколадных конфет и корзины с фруктами, и почему-то во время перевязки количество девушек на кафедре резко увеличивалось. Но перевязывали отлично, и к сессии от раны остался лишь шрам и тянущая боль в плече, когда он делал резкие движения, а резкие движения приходилось делать чаще и чаще, особенно по ночам.
Эвер взялся за него всерьез, и Аристин слукавил бы, если сказал, что ему это не понравилось. Кто бы мог подумать, и в самом бы страшном сне ему, шестнадцатилетнему, не приснилось, что его первый раз будет с мужчиной. А если бы кто-то хоть намекнул, Аристин без раздумий бы разбил морду обидчику. Но теперь?
Все аристиновы опасения по поводу собственной импотенции были напрасны – стоило лишь вспомнить о ночных играх с Эвером, как тело оживало немедленно. Эвер разбудил и тело, и душу? Аристин спрашивал сам себя – больше некого. И если тело приходилось обучать, то душа предала его сразу, заставив забыть все принципы. Это так чудесно – чувствовать себя глиной в умелых руках, отзываться на каждый поцелуй, быть обласканным с головы до ног и ласкать самому. Приходилось учиться – наблюдая, запоминая и пробуя на практике. Академический подход не оставлял Аристина даже тут. Специальный сайты, книги, фильмы, энциклопедии по сексологии – все было в недрах планшетного ноутбука, так и оставшегося у Аристина, ставшего очередным подарком Эвера. Про подарки стоило и сказать отдельно. Проснуться и обнаружить на запястье широкий серебряный мужской браслет старинной работы теперь не было неожиданностью. Но вот именно этого – подарков, Аристин как раз и не хотел. У него все и так есть и даже больше. И не поэтому он с Эвером. Но на любое возражение у Эрлинга было свое: «Я хочу, чтобы ты носил это. Не нравится? Скажи, чем тебя порадовать?» – оставалось улыбаться и благодарить. По мнению Аристина, Эверу просто некуда было девать деньги. Впрочем, это его деньги…
- Когда твоя сессия кончится? – Эвер поцеловал его где-то за ухом, притянув к себе.
Аристин невероятно чувственен, хотя, по своей излюбленной привычке, скрывает это, словно секрет, ото всех. Очень чувственный и нежный мальчик, с шелковым телом и искренними глазами. Чистый. И никакой Ятвард, никакой Никлас не сравнится с ним. Не расчетливый и умелый любовник, но мужчина, несмотря на роль в постели. Именно что мужчина, аристократ и хищник, пусть молодой и еще только пробующий коготки. Тихий омут, из которого вдруг начали вылезать чертенята. Месяц с их первого раза и уже Аристин выбирает позы и ласки, вьет веревки из любовника, но говорит не словами, а телом. Все так же молчалив и замкнут вне спальни, и лишь изредка под этой внешней холодностью плеснет огнем из карих глаз, резким поворотом тела чуть скажет характер или редкой улыбкой на сладких губах.