Милашка для грубияна (СИ)

— Это я уже слышал, — идет в гардеробную, откуда выходит через несколько секунд в летних кроссовках. — Я готов.

— Тогда идем, — встаю с кровати и направляюсь к двери. Надо скорее покинуть его спальню, а то тут какие-то неправильные флюиды витают, того и гляди поддамся соблазну.

Вишневский идет следом, дыша мне в спину и чуть ли не наступая на пятки.

— Кстати, — начинаю, когда мы уже медленно спускаемся по лестнице, идя рядом, — у меня для тебя новости.

— Судя по тону, плохие, — голос Артема стает серьезным.

— Это с какой стороны посмотреть, — тяжело вздыхаю.

— Не тяни.

— Кто-то из твоих сотрудников впечатлился твоей пламенной речью относительно наших отношений и слил информацию в Интернет, — выдаю на одном дыхании, глядя на парня.

— Сильно досталось? — кривится. Надеюсь, понимает, что виноват. Хоть и косвенно, но все же.

— Умеренно, — улыбаюсь в ответ. — Теперь вот гадают, кто такая девочка по имени Катя, которая смогла охмурить самого Вишневского, — мы останавливаемся на последней ступеньке и смотрим друг на друга.

— Я, правда, не хотел, — обиженно говорит Артем. — Прости. Не подумал, что так может получиться.

И что ему ответить? Конечно, не хотел, потому что не думал о последствиях. О том, что кто-то может напакостить. Хорошо хоть, я не такая важная персона, которой можно вставлять палки в колеса.

— А самое смешное, — игнорирую его последнее высказывание. Пусть помучается, решая, простила ли я его или нет. — Гадают, как мы друг друга в постели называем.

— И что лидирует? — поднимает одну бровь, а на губах появляется улыбка.

— Ты меня называешь Катюша, — сочиняю на ходу и выдаю свой главный козырь: — А я тебя — пупсик!

— Петровна сдала, — усмехается, качая головой из стороны в сторону.

— Ага, — киваю в ответ.

— Ох, и бабы. Точно уволю. Знаешь, кто мог слить? — резко меняет тему, становясь снова серьезным.

— Думаю, Алина, но мог и любой другой, кто тогда присутствовал на собрании.

— Уволю всех нахрен, — кричит, делая шаг с последней ступеньки.

— Угомонись ты, — иду за ним. — Через пару дней успокоятся.

— Правда, не злишься? — снова останавливается, а я врезаюсь в него.

— Правда, Вишневский, правда, — толкаю его в спину, а то такими темпами мы точно сегодня никуда не поедем.

Заходим в столовую, Артем здоровается с Сережей за руку, игнорируя Светлану Петровну. Та ставит передо мной, а потом перед парнем чашки с кофе, но Артем даже не поворачивается в ее сторону. Женщина стоит у него за спиной и головой кивает мне, спрашивая, что случилось.

Одними губами шепчу «Пупсик», а Вишневский произносит вслух:

— Не знал, Петровна, что у нас в доме стукач завелся, — делает глоток горячего напитка. — Так нагло меня подставила.

Женщина улыбается, а я произношу:

— Не стукач, а женская солидарность.

— Понял? — Светлана Петровна нежно треплет волосы Артема, а мне очень хочется поменяться с ней местами.